Расставание в голубом. Глаза с желтизной. Оранжевый для савана
- Автор: Макдональд Джон Данн
- Год: 1994
- Язык: русский
- Год: Центрполиграф
- ISBN: 5-7001-0158-0
- Переводчик: Я. Кубов
- Жанр: Другие детективы
Электронная книга - «Расставание в голубом. Глаза с желтизной. Оранжевый для савана». Краткое содержание книги:
Вот его заталкивают в машину. Выйдет ли он из нее живым? Вот он бросается спасать девушку, скинутую в реку бандитами. Трэвис Макги — любимец женщин, обаятельный, смелый, благородный. Без единого выстрела удается ему уходить от смертельной опасности.
Возмездие за зло и торжество справедливости — девиз его жизни.
В ответ на неожиданную сумрачность своих гостей я просто нападал на них с весельем, сыпал анекдотами, абсурдными шутками и односторонним остроумием, напоминающим игру в гандбол в одиночестве. Мало-помалу они оттаяли и начали похохатывать. А потом стали вежливо передавать друг другу предметы, которые любой из них в тесной кабинке, соединенной с камбузом, легко мог достать самостоятельно.
Я счел это благоприятным моментом. Люди сами выбирают себе команду. Нас с Чук объединило выхаживание больного. Теперь любые взаимоотношения, даже затаенная вражда, из которых удавалось исключить меня, служили доказательством, что он не был побежден окончательно. Ей нужно было немного поднять в нем боевой дух, иначе мои шансы спасти его имущество окажутся весьма плачевными. И может быть, именно с этого все и началось.
Глава 5
В понедельник мы выбрали якоря и величественно перебазировались на новую стоянку в Лонг-Ки, чтобы зарядить аккумуляторы и уйти подальше от злобы комаров цвета сажи, загоняющих нас в трюм. Во время последующего купания я был вдохновлен маленьким триумфом. Мы с Чуки плыли наперегонки до дальнего буйка и обратно до трапа. На середине обратного пути она ровно гребла и двигалась на полкорпуса впереди меня. По тому, как кололо в боку, я понял, что еще метров восемьдесят — и я начну барахтаться, переворачиваться и грести слабее. И внезапно появилось второе дыхание, которого не бывало уже давно. Словно встретил старого друга. Будто у меня вдруг появилось третье легкое. Я привыкал к нему, пока не почувствовал уверенности. Затем увеличил темп и обогнал ее на длинной финишной прямой. Когда она доплыла до яхты, я уже держался за трап и гораздо меньше чувствовал себя вытащенной из воды рыбой, чем в предыдущие дни.
— Ну, хорошо! — выдохнула она, раскрасневшаяся и моргающая, как сова.
— Должна же ты была проиграть мне хоть разок.
— Ни черта не должна была! И рвалась за тобой изо всех печенок. — Она откинула голову и усмехнулась мне впервые с тех пор, как приняла на борту продукты.
— Пошли вместе, — сказал я, медленно отплывая от «Флэша», и, оглянувшись, заметил Артура, занятого работой, к которой я его приспособил: вдевать новые шнуры в ту часть нейлонового полотнища, что привязывается к перилам верхней палубы.
Чук нырнула, вынырнула возле меня и фыркнула, как дельфин.
— Я бы вас обоих в душевую кабинку засунул, — сказал я. — Возьмете зубами за уголок шелкового платка, левая рука привязана за спиной, в правой — пятнадцатисантиметровый нож.
— Поясни, Макги.
— Мне просто действует на нервы то, как вы ходите кругами, хохоча и хихикая. Никак не могу понять, что может так развеселить двух людей.
— Мог бы и догадаться. Я взрослая девушка. Здоровая взрослая девушка. И веду очень здоровый образ жизни. Я сплю с ним в этой твоей бескрайней кровати. И это очень точное слово, Макги. Сплю. Только это. Так что я подумала: может, он уже достаточно поправился, а ты не скоро вернешься с продуктами. Так что сперва я приняла душ и надела эту сексапильную штучку из черной прозрачной ткани, слегка сбрызнула и тут, и там, и здесь вот — маленькую тигрицу. И раскинулась, как картинка, и сердечко девичье бам-бам-бам стучит. И нельзя сказать, чтобы с ним никогда раньше такого не случалось. Так этот сукин сын повел себя так, словно я к нему на улице, на углу, пристаю. Он был оскорблен, ну просто Боже сохрани! Заставил меня почувствовать себя не в своей тарелке.
— Может, ты это не совсем верно интерпретируешь?
— Знаешь, дружок, есть некоторая точка, начиная с которой я перестаю понимать. И это та самая точка. Его ход. И пока он его не сделает, прямо посреди этой огромной кровати будет проходить невидимая стена. Из ледяных кирпичиков. Все, что он от меня получит, — это элементарный медицинский уход.
Ночью я проснулся от треска линей, когда «Флэш» поворачивался из-за начала прилива, раскачиваясь каждый раз все дальше и дальше в сторону, пока не встал по направлению ветра. Я всегда бросаю два якоря, чтобы судно, когда разворачивается на сто восемьдесят градусов, переносило основной вес с одного на другой. Так как это была первая ночь на новой стоянке, я решил проверить, не разболтается ли канат, и убедиться, что яхта раскачивается именно так, как я предвидел. По правилу большого пальца они всегда раскачиваются, наклонившись в направлении ближайшей мели. Но ветер может внести некоторые коррективы, и еще есть приливные течения, которые вы могли не учесть.