Чудеса в решете, или Веселые и невеселые побасенки из века минувшего
- Автор: Черная Людмила Борисовна
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Новое литературное обозрение
- ISBN: 978-5-4448-1650-9
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Чудеса в решете, или Веселые и невеселые побасенки из века минувшего». Краткое содержание книги:
«Теперь мне 103. Вышли в свет две мои толстые книги. Пишу третью, хотя не уверена, допишу ли. Когда работаю, рука не дрожит. А когда раз в три месяца помощница Лена привозит меня в Сбербанк и надо расписаться за пенсию, руки начинают дрожать… Чудеса…»
Возможно, разгадка удивительной душевной молодости Людмилы Чёрной — в ее захваченности, очарованности жизнью и в самодисциплине. Высказываемые в книге суждения и оценки порой звучат вызывающе остро — тем интереснее знакомиться с образом мыслей автора и ее восприятием текущих событий. Перед нами не только свидетельство ровесницы «короткого XX века», но и, по выражению Н. С. Лескова, феномен «уходящей натуры».
Людмила Чёрная (р. 1917) работала журналисткой-международницей, переводила художественную литературу (Г. Бёлль, Э. М. Ремарк, А. Дёблин, Ф. Дюрренматт). Вместе с мужем, историком Д. Е. Меламидом, исследовала нацистский режим в Германии и написала книгу о Гитлере «Преступник номер 1». Издала в «НЛО» книгу мемуаров «Косой дождь» (2015) и публицистический сборник «Записки Обыкновенной Говорящей Лошади» (2018).
Но какие такие секреты могли быть у тогдашних русских театров? В результате всех проработок несчастных театральных критиков даже не арестовали — всего лишь запретили печататься, лишили куска хлеба… А антисемитская компания пошла своим чередом… Но не об этом речь. Речь о статье насчет театральных критиков и о Заславском — вернее, о том был ли Заславский автором позорной статьи о театральных критиках.
Добросовестный Виктор Жук в своей брошюре не исключает, что Заславский участвовал в написании статьи.
Но тут я, как человек, переживший те ужасные времена, понимаю, что еврей, хотя и «золотое перо» советской печати, мог только присутствовать при написании сего позорного документа. Непосредственными исполнителями травли евреев-критиков была сама писательская братия — конечно, не вся, а только ее верхушка: наиболее известные и обласканные властью литераторы.
В данном конкретном случае борьбу с евреями-критиками вели не одни лишь мракобесы и бездари типа Софронова — Грибачева, но и такие «приличные», казалось бы, люди, как Фадеев, многолетний глава Союза советских писателей, а также любимец публики Симонов и многие другие «инженеры человеческих душ» с именами. Например, Горбатов (наполовину еврей) или Кожевников, до того в антисемитизме не замеченный.
Не исключаю, что Заславский скрепя сердце вставил где-то в писательском тексте запятую или точку с запятой — но не больше. Больше ему и не доверили бы. Обвинять его как главного «травильщика» просто смешно. С тем же успехом можно обвинять в травле театральных критиков-евреев машинисток, перепечатывавших позорную статью, или наборщиков, набиравших ее.
Преступление-прегрешение номер 4. 1958 год.
Травля Пастернака. Статья Д. Заславского о Пастернаке в связи с получением писателем Нобелевской премии за роман «Доктор Живаго».
Честно признаюсь, этого фельетона Давида Заславского я не читала. Вообще, после смерти Сталина и прихода к власти Хрущева читать «Правду» было совсем не обязательно. Только из брошюры Жука я вообще узнала, что в «Правде» появилось в 1958 году такое произведение. Мне очень жаль, что Заславский, возвратившийся в «Правду» после опалы, взялся написать эту статью. (Перед смертью вождя Давида Осиповича из «Правды» выгнали и из партии исключили.)
Фельетон Заславского назывался «Шумиха реакционной пропаганды вокруг литературного сорняка». За «сорняка» и вообще за всю статью, как я узнала от того же В. Жука, «Давидоса» ругал его старый друг Корней Иванович Чуковский. Я на все сто процентов согласна с ним: лучше бы Заславский хотя бы на сей раз промолчал. Но это вовсе не значит, что Давид Заславский стал участником, а тем паче зачинщиком, кампании против поэта — ее начали и с большим шумом проводили сами же писатели. Но она оказалась пшиком. Пастернак, как был баловнем судьбы, так и остался им.
И наконец, последнее: назовем это «Казус Заславского». 1953 год. Последние месяцы жизни Вождя народов. В Москве неспокойно. В газете «Правда», центральном органе партии, напечатано обвинительное заключение по делу врачей-убийц. Будущие подсудимые — известнейшие советские врачи-евреи, не считая двух русских корифеев-медиков Виноградова и Василенко.
За исключением, кажется, двоих, все врачи-евреи уже признались под пытками в том, что не исцеляли, а, наоборот, умерщвляли своих пациентов — выдающихся советских политиков, общественных деятелей и т. д.
Москвичи шепотом рассказывают друг другу, что в результате готовящегося процесса над «убийцами», всех евреев из столицы и других больших городов вышлют в места, не столь отдаленные, и будто бы где-то в глухомани, в тайге, уже построены для этого бараки.
Теперь история с высылкой сотен тысяч ни в чем не повинных людей кажется бредом сумасшедшего. Но в ту пору так не казалось, отнюдь. Ведь совсем недавно мы были свидетелями того, как за одну-две ночи согнали с их исконных земель карачаевцев, калмыков, ингушей, крымских татар, чеченцев, балкарцев. Запихнули тысячи людей в товарные вагоны и увезли черт знает куда. Почему же нельзя проделать того же самого с евреями?
Тем более что была уже отработана подходящая мотивировка: мол партия и правительство Советского Союза спасают евреев от народного гнева — видимо, от погромов…
Высылка евреев считалась делом решенным. Нерешенными оставались лишь некоторые детали: к примеру, постигнет ли высылка всех евреев или некоторых она до поры до времени не коснется? И будут ли евреи сами просить, чтобы их наказали? И кто именно будет просить?