Письма с Первой мировой (1914–1917)
- Автор: Краузе Фридрих Оскарович, Краузе Оскар Фридрихович
- Год: 2017
- Язык: русский
- Год: Нестор-История
- ISBN: 978-5-4469-0168-5
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Письма с Первой мировой (1914–1917)». Краткое содержание книги:
Твой сильно утомленный Ежик.
51.
М[лодава], 2-го октября 1915
Моя милая Шурочка. Сегодня я опять никуда не ездил. Нужно было заняться рядом хозяйственных вопросов, а кроме того, очень хотелось поскорей получить посылку, тем более что я был твердо убежден, что сегодня будет много писем от тебя. И вот, вместо того, чтобы поехать в дивизию, я поехал в обратную сторону, на почту и в интендантство. И что же?! Опять нет от тебя ни письма, ни газеты!!! Уже шестой день!!!
Шурочка, теперь я начинаю беспокоиться, уж не больна ли ты в самом деле? Я всегда оптимист и о плохом думаю всегда только под самый конец, но теперь невольно начинаю думать и о плохом… Шурочка милая, что с тобой? Последнее твое письмо от 17-го сентября, сегодня 2-е октября, почта сейчас более или менее наладилась, так почему же такой долгий перерыв?!
На почте высказали предположение, что, может быть, корреспонденция попадает в другие отряды других корпусов, и советовали адресовать просто: 10-я полевая почтовая контора, штаб 8-го корпуса, доктору К. Так ты, милая Шурочка, так и адресуй, посмотрим, в этом ли причина…
Посылка оказалась не та, которую я ожидал, не от августа, а от 16-го сентября (как скоро!), не для души, а для тела: все столь необходимые и полезные теплые вещи. А хотелось бы именно сейчас посылку для души, предназначенную к получению 2-го сентября!.. Месяц тому назад…
Я же, Шурочка, могу тебе сообщить радостное, праздничное! Дело в том, что Барченков получил вчера разрешение выехать в отпуск, а сегодня уже уехал на две недели. Вторым же кандидатом числюсь я! Я об этом уже говорил с корпусным врачом, и он дал согласие. Препятствий сейчас никаких не предвидится, и едва ли они окажутся. Значит, если мне не удастся быть у тебя 17-го, то почти наверняка я буду в Москве 18-го октября! Шурочка, ликуй, как ликую я!
Поскорее бы прошли эти две недели и подольше бы тянулись следующие две! Впрочем, казаться будет совсем наоборот, к сожалению…
Сейчас опять сяду за канцелярию. Сегодня выбрал обратный порядок, чтобы не оказаться опять в невменяемом состоянии. Затем пойдут несколько дней разъезды. Решил я ехать верхом, так как на бричке не всегда можно быстро проехать, да к тому же верхом и теплей. Купил у Катовича второе седло, ведь ему ни к чему, а я на второе седло посажу ординарца. Так и видней, представительней, и просто необходимо кому-нибудь на остановках смотреть за лошадью. Почему-то сегодняшняя поездка в О[строг] меня утомила, и сердце жарит вовсю, впрочем, в этом виноват и присланный тобою шоколад.
Шурочка милая, я скоро буду у тебя! Ты же будь здорова, не хворай!
Ежик.
52.
М[лодава], 3-го октября 1915 г.
Наконец-то! Слава Богу! Получил от тебя три письма, от 18-го, 20-го и 21-го. Значит, виновата только почта, хотя все-таки я не совсем напрасно беспокоился, – у тебя насморк и головная боль, недомогание. Ну, это пройдет, и когда ты получишь это письмо, ты будешь уже совсем здорова.
Я надеялся получить от тебя уже твой первый отклик на известие о моем отпуске, но его еще нет. В последнем письме ты восклицаешь: «Неужели мы еще долго не увидимся? Где взять терпения и веры?» А письмо с радостной вестью уже приближается, быть может, даже уже в Москве!
Знаешь, Шурочка, я уже чувствую известное нетерпение. Пишу, а всё при этом думаю, что не стоит об этом писать, об этом мы скоро с тобой переговорим… И пишется поэтому как-то неохотно, видишь впереди лучшее!..
Сегодня я очень сильно утомился и сейчас совсем разбит. С утра скакал верхом в части, пришлось одолеть порядочные расстояния. Был я сегодня и впервые в окопах, правда, не в самой передней линии, но всё же во второй. Одно время даже стоял в открытом поле во весь рост, в одной версте расстояния от австрийских окопов с биноклем, рассматривая их. Почему-то не стреляли. А мишень для прицела прекрасная. Впрочем, не бойся, вышло это нечаянно и больше не повторится. Зря рисковать я, конечно, не буду, хотя, по совести, особенного страха не испытывал.
Сейчас, Шурочка, я валюсь от усталости и больше писать не могу.
До скорого свидания!
Твой Ежа.
53.
М[лодава], 4-го октября 1915 года
Милая Шурочка, сегодня от тебя писем нет, но зато я получил открытку от Карлушки от 15-го и письмо от Лени от 24-го! (А твое последнее было от 22-го!) Они уже получили там твое письмо, но раньше твоего получили, наконец, мои. Общее настроение, по-видимому, удрученное, особенно у матери. Удручает то, что, вероятно, скоро придется расстаться с братьями, по крайней мере, уже составляются списки всех мужчин от 18-ти до 43 лет.