«Мы жили в эпоху необычайную…» Воспоминания
- Автор: Левис Мария Михайловна
- Год: 2016
- Язык: русский
- Год: Кабинетный ученый
- ISBN: 978-5-7525-3068-5
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - ««Мы жили в эпоху необычайную…» Воспоминания». Краткое содержание книги:
Написанные без затей, как пишутся все личные дневники и письма, адресованные прежде всего близким, эти воспоминания полны удивительной энергией жизнелюбивой натуры рассказчицы, не просто принимавшей все, что ни пошлет ей век, но словно бы выступавшей этому всему навстречу.
Умерла она, если не ошибаюсь, в 1904 или 1905 году, в канун великих событий, в которых она, конечно, ничего не понимала и которым, конечно, не могла сочувствовать. Ей было уже очень много лет к тому времени. Я помню, что не испытала большого огорчения, узнав о ее смерти, я была вся полна впечатлениями переживаемого исторического момента и новыми мыслями по этому поводу, возникшими в моем сознании.
В своем завещании она отказала, как тогда говорилось, старшей сестре моей Фанни все особенно любимые ею вещи (чтобы не достались нелюбимой невестке) и тысячу рублей деньгами.
Тетрадь вторая
1900-1904
13 ноября 1953 года
Вчера встретила Ольгу Георгиевну. Она затащила меня к себе, и я просидела у нее часа полтора, вспоминая былое. Стоило ли? И внешне мы так изменились, и внутренне. И прошлое поблекло — нет остроты прежних ощущений, ни горести прежних лет, ни даже понимания — почему это так было. Тридцать лет утекло. И каких же лет! Столько налегло всякого на еще тогда свежие и болезненные (для меня) воспоминания. Сейчас не пойму, почему именно свет клином сошелся для меня на Г., а для него — на О. Г. Стоит ли сейчас, тридцать лет спустя, распутывать этот клубок никому уже сейчас не нужных и не интересных сплетений, обстоятельств, чувств, стремлений и пр. и пр.
Но так как я хотела, как всякому, может быть, в старости хочется, подвести итоги прошлого, вспомнить пережитое, передуманное и перечувствованное за довольно долгую жизнь, то почему же не начать разматывать клубок с любого его обрывка, внезапно попавшегося в руки.
14 июня 1954 года
Вот уже и лето. Первый день отпуска, но я его не чувствую. Привычка всегда торопиться, необходимость одно за другим переделывать все мелкие дела каждого дня и доделывать те, которые не успел доделать накануне, настолько вкоренилась во все мое существо за последние годы, что я никак не могу позволить себе роскоши, какой является отдых.
Итак, урываю все же некоторое время для задуманных мной записей — не стоит называть их пышным именем мемуаров, которые обычно претендуют на какое-то общественное или политическое значение. Мне в моей более чем скромной жизни и судьбе нечем блеснуть — ни особенно интересными встречами с людьми высокого полета мысли, ни с людьми необыкновенно талантливыми, ни даже с людьми, выделяющимися своими особенно преступными наклонностями. В среднем это люди довольно обыкновенные, более или менее талантливые, более или менее честные. Но то, что мы жили в эпоху необычайную, были вовлечены в движение и события из ряда вон выходящие, попадали в такие переплеты, перевидали, пережили и перечувствовали такое, что и не снилось не только рядовому обывателю девяностых, скажем, годов, прошлого столетия, но и самым предприимчивым авантюристам того времени, дает нам право говорить о своей жизни и даже оправдывает наше желание оставить какой-то след в памяти потомков.
С чего начать? Это всегда трудно. Можно начинать с начала — это, казалось бы, самое естественное. Можно начинать с конца, что, может быть, самое легкое. Можно начинать с какого-нибудь особенно врезавшегося в память события или переживания, независимо от того, на какой период жизни оно падает. Это, пожалуй, для меня самое привлекательное.
21 июня 1954 года
Вот мне и 64 года минуло. Это очень много. Впереди нечто очень определенное и тесное — но когда оно приблизится? Возможно, скорее, чем предполагаешь. А, может быть, отодвинется, и проволочишь еще лет 10–15, теряя подвижность физическую и умственную, сохраняя лишь животное стремление есть, спать и справлять свои физиологические потребности.
Лучше не надо! Если бы жила творческой работой — быть может, до последнего момента сохранилось бы стремление закончить начатое, открыть еще не открытое. Но так — прокопаться еще лет 10 в пыльных библиотеках — брр! Хорошо, если над любимыми гравюрами — а то на полутехнической работе, когда раздражающе действует сознание, что ты имеешь дело с обложкой и титульным листом, а с содержанием знакомишься лишь контрабандой, бегло проглядывая книгу в отсутствие начальства, похвалившегося недавно тем, что за многие годы никогда не позволило себе углубиться в чтение даже самой интересной книги, проходившей через его руки. Не изуверство ли? Ну и аллах с ним, с начальством.