Жанна – Божья Дева [litres]

«И не было человека ни в одном сословии, – пишет Персеваль де Каньи, – который не говорил бы: она приведёт короля в Париж, если дело не станет за самим королём». Теперь в полной мере осуществлялось то, что ещё раньше, по словам Джустиниани, предвидели все: «Когда король будет коронован, как только он двинется дальше, путь будет открыт ему по всей его стране». «Без единого удара, со всех сторон к нему шли изъявлять покорность», – пишет Жан Шартье. Спустя несколько лет Жувенель дез-Юрсен говорил, обращаясь к самому Карлу VII: «Радуясь вашему приходу, бедный и верный народ открывал перед вами ворота городов – в Труа, в Шалоне, в Реймсе, в Лане, в Санлисе, в Компьени, в Мелене, в Ланьи и во многих других. И если бы дело велось правильно, вы без труда вернули бы себе всё ваше королевство». По свидетельству Монстреле, заслуживающему тем большего доверия, что это свидетельство противника, на севере, на важнейших стратегических путях из бургундской Фландрии в Париж, Сен-Кантен, Корби, Амьен, Аббевиль готовы были перейти на сторону короля – «большая часть населения только того и хотела, чтобы полностью ему подчиниться».

Сопротивление везде словно парализовано. Как пишет другой, также враждебный источник, «Хроника без заглавия», уже капитуляция Труа – начало этого вихря – «поразила всех и в особенности привела в великий страх вельмож бургиньонской партии». Со своей стороны, «Хроника Турне» пишет: «Надо думать, что если бы король без промедления действовал дальше, он вскоре отвоевал бы назад всё своё королевство, ибо англичане и все остальные его противники были так поражены и настолько лишились мужества, что почти никто из них больше не решался показываться и сопротивляться». Мецский патриций Дэш (собственно, фон Эше) отмечает, в свою очередь, что у герцога Бургундского «фламандские и пикарские ратные люди попросту не желали больше служить вне своей земли».

16 июля Бедфорд сообщал в Лондон, что «сегодня или завтра дофин коронуется в Реймсе и оттуда пойдёт на Париж». Он закладывал свою золотую посуду за отсутствием средств и делал теперь всё возможное, чтобы усилить сотрудничество с Филиппом Бургундским. Уже 8 июля он передал Филиппу 20000 фунтов на военные нужды. Но в момент коронации Карла VII перегруппировка бургундских войск даже ещё не началась. Из Англии Бедфорд получил наконец 4-тысячную армию, приведённую кардиналом Винчестерским. Но что такое 4-тысячная армия в стране с 20 или 25 миллионами населения, которая пришла в такое состояние, что люди своими глазами видят чудеса и небесные знамения?

В те самые дни, когда взоры всей Франции были обращены к Реймсу, из Пуату сообщали, что в небе были видны всадники в латах с обнажёнными мечами, мчавшиеся на белом коне, окружённые пламенем, которое, однако, до них не касалось. Вся Франция ощущает на себе силу Божию, «которая вдохновила и исполнила смелостью слабое и нежное женское тело, всю жизнь пребывающее в чистоте, дабы никто не приписывал себе плоды всемогущества Божия», отмечает «Хроника Турне».