Собрание сочинений в шести томах. Том 1

Поезд прибывал в десять часов вечера.

Всюду сидели, вповалку лежали люди, играли в домино, иные пили кипяток из жестяных кружек; по залам суматошно бегали демобилизованные солдаты в распахнутых, без погон и ремней шинелях, требовательно искали военного коменданта; вокзал гудел, дрожал, сотрясался от рева проходивших паровозов, черный дым стлался за грязными окнами. Истомившись в ожидании, Дроздов тоже стал искать дежурного, с трудом нашел его — тот, небритый, задерганный, сжатый напиравшей со всех сторон толпой, с привычной безразличностью отвечал на вопросы — и нетерпеливо спросил, не опаздывает ли московский поезд.

— Данный поезд идет по расписанию… по расписанию, — однотонно ответил дежурный: видно было, что вопросы эти беспредельно надоели ему.

Потом, чтобы как-нибудь скоротать время, Дроздов попробовал заговорить с заросшим щетинкой демобилизованным солдатом, который с потным, умиленным лицом отхлебывал чай из фронтовой кружки.

— Ну как, домой? — спросил Дроздов.

— Домо-ой, — обрадованно протянул солдат и громко откусил кусочек сахару. — Отвоевался. В Воронеж двинем. А как же! По дома-ам… А тебе, сержант, трубить, значит?

— Что?

Он не мог ни на чем сосредоточиться — и толкового разговора с солдатом не получалось. За несколько минут до прибытия поезда Дроздов вышел на платформу; после духоты вокзала обдало свежестью — запад пылал в закате, зловеще и багрово горели стекла вокзала, и багровы были лица носильщиков, покуривающих на перроне. Впереди, уходя в туманную степную даль, уже мигали, мигали среди верениц вагонов красные, зеленые огоньки на стрелках, там тонко и тревожно перекликались маневровые «кукушки». Дроздов подошел к пыльным кустам акации, облокотился на заборчик. Здесь пахло вечерней листвой, и этот запах мешался с паровозной гарью и дымом — это был особый, будоражащий запах вокзала, железной дороги, связанный с далекой грустью детства.