Собрание сочинений в шести томах. Том 1

В листве тополей занимался золотистый летний вечер, и Майя сидела на подоконнике немножко боком, так, чтобы солнце освещало на коленях учебник, раскрытый на сто двадцатой странице. С волейбольной площадки во дворе доносился гулкий стук мяча, и она не могла сосредоточиться.

Собственно, все получилось из-за пустяка: она познакомилась с Олегом на площадке, он играл «на race», молниеносным загибом руки посылал мяч по ту сторону сетки, а ей было особенно легко, приятно пасовать ему. Во время игры пришел Борис, незаметно и долго стоял среди зрителей, наблюдая, и Майя, увидев его, обрадованно кинулась к нему в секунды перерыва, закричала: «К нам, сейчас же к нам!» — «Почему же к вам, у вас достаточно сильные игроки, если быть справедливым». — «Тем лучше! — воскликнул Олег. — Играйте, артиллерист, на той стороне!»

Он начал играть по другую сторону площадки, и через несколько минут все изменилось — его синяя майка мгновенно появлялась возле сетки, где мелькала желтая майка Олега, который ожесточенно гасил, а он парировал, и мяч с силой отскакивал в сторону под восторженные крики зрителей. Потом он перешел в наступление — мяч с пушечным треском стал падать на площадке Майи, и в конце игры она едва не плакала от бессилия, почти ненавидела Олега; он сник и двигался как обреченный.

После игры Борис взял со скамейки гимнастерку, перекинул ее через руку, добродушно сказал Майе, что очень хотел бы умыться, если она разрешит. «Так вот ты как играешь, — проговорила она, когда они вошли к ней в комнату, и, очевидно, для того, чтобы сделать ему больно, добавила: — Ах, как мне Олега жалко!» — «Жалко? — удивился он и, умывшись в ванной, тщательно причесанный, не без досады взглянул на часы. — А мне жаль, что время увольнения я так бессмысленно истратил на волейбол!»