Собрание сочинений в шести томах. Том 1
- Автор: Бондарев Юрий Васильевич
- Год: 1984
- Язык: русский
- Год: Художественная литература
- ISBN: в издании отсутствует
- Жанр: Военная проза
Электронная книга - «Собрание сочинений в шести томах. Том 1». Краткое содержание книги:
Оформление художника В. Любина.
Фотография на фронтисписе Н. Боброва.
Он незаметно для себя вышел на центральную улицу.
— Извините, — сказал кто-то, задев его плечом.
Навстречу текли вечерние толпы гуляющих, в тени тополей по-летнему белели платья; там вспыхивали огоньки папирос, разговаривали, смеялись; на углу мальчишеский голос закричал с пронзительной настойчивостью:
— Дяденька, купите георгины, сделайте приятное!
Ему не надо было спешить в училище, и он долго бродил по улицам мимо зажженных витрин; затем так же бесцельно остановился на площади, где над крышей перебегали, гасли и светились неоновые буквы рекламы: «В «Орионе» — художественный фильм «Небо Москвы», а около яркого подъезда кинотеатра бойко продавали жареные семечки и табак; парень на костылях, в заношенной гимнастерке, с двумя медалями, топтался на ступенях, провожая смешливыми глазами прохожих, выкрикивал сипловато:
— Ас-собый, ас-собый! Только по пятерочке, только по пятерочке! Покупайте, братцы, братцы-ленинградцы! Товарищи, подходи, друга не подводи! «Казбек» есть! Рубль штучка, на пятерку — кучка! Покупай, товарищ, «Казбек» с разбегу! — Он заметил Дроздова, качнулся к нему на костылях. — Берешь?
— Ты, парень, из Ленинграда? — почему-то спросил Дроздов.
— Нет, это я чтоб складно было… Покупай, друг, подходи, фронтовиков не подводи! Фронтовику цену вдвое сбавлю! Бери, кореш…
Почти машинально Дроздов взял штучных, машинально заплатил десять рублей, пошарил по карманам, добавил еще пять, сказал:
— Послушай, а вообще — твое ли это дело?
Подвижное лицо парня мгновенно выразило настороженное внимание.
— Спасибо, друг, намек понимаю. Я, фронтовичек, в девяносто второй гвардейской служил… Под Генераловкой — миной!.. Пришел, брат, женился, деньжонок не хватает.
И он, спрятав деньги в нагрудный карман, вновь закричал зазывно и весело:
— Ас-собый, ас-собый!..
Дроздов миновал квартал, свернул в темный переулок с нависшими над тротуаром деревьями, опять вышел на освещенную улицу и здесь поразился вдруг, вспомнив парня на костылях: из городского парка совсем по-мир-ному доносились звуки оркестра, как будто войны никогда и не было.
Он увидел залитую огнями арку, увитый вьюнами забор, капли желтых фонарей, горевших вдоль песчаных дорожек, праздничные потоки народа на липовых аллеях.
Затем он сидел против летней эстрады-купола, где играл симфонический оркестр. Было свежо, пахло близкой водой. Все скамьи перед эстрадой были заняты, сбоку и позади стояли; папиросный дым подымался над головами мужчин. А вокруг зааплодировали, дирижер на эстраде раскланивался; фалды его фрака растопыривались подобно крыльям птицы. Справа лысый мужчина поправил очки и оглушительно захлопал, толкая Дроздова локтем; слева светловолосая девушка с книгой на коленях сидела безучастно, подперев кулачком висок, и глядела на огни рампы.
Дроздов закурил, дымок папиросы пополз в ее сторону, девушка отняла руку от виска, мельком глянула серыми глазами, и он, погасив папиросу, сказал глухо:
— Простите.
— Пожалуйста. — Девушка чуть-чуть кивнула, но внезапно брови ее вопросительно дрогнули, и она сказала шепотом: — Я вас знаю, кажется… Вы из первой батареи, из артиллерийского училища? Я не ошиблась?
— Нет.
— Я видела вас в госпитале. Вы приходили к Дмитриеву?
— Да.
— Ну вот, значит, верно.
— Вы из госпиталя? — наконец догадался Дроздов. — Вы, наверное, Валя?
— Да. А вы мне как раз нужны.
— Потише, это невыносимо! — зашипел мужчина в очках. — Не дают слушать музыку.
— Правда, надо слушать что-нибудь одно. Извините нас. — Валя, усмехнувшись, взяла книгу, предложила Дроздову: — Пойдемте отсюда. Я напишу Дмитриеву записку.
Они присели на скамеечке под фонарем, и Дроздов безмолвно глядел на быстро бегающий по листку бумаги карандаш, потом Валя отдала ему свернутый листок.
— Напомните многоуважаемому Алексею Дмитриеву, что в городе существует госпиталь, куда ему давно уже надо прийти для проверки. Рентген не такая уж страшная вещь, чтобы от него бегать. И медсестер тоже не стоит бояться.
— Я обязательно передам, — смутился Дроздов. — Он, очевидно, забыл…
— Спасибо. Мне к троллейбусу. А вам?
— Мне все равно.
Они вместе вышли из парка к остановке, а когда Валя села в троллейбус, помахав ему книгой: «Только пе забудьте! Ладно?» — и когда троллейбус тронулся и его огни смешались с огнями улицы, он внятно почувствовал, почему так не хотелось сейчас возвращаться в училище.