Электронная книга - «Пауки на чердаке (СИ)». Краткое содержание книги:
— Решил меня приласкать? — смешливо и тихо поддел его Санс, случайно ли, а может и не очень, утыкаясь ртом в слуховое отверстие чужого черепа. Рэд вздрогнул, и за его наглость повернулся к нему лицом к лицу, почти столкнувшись ртами, между которых остались жалкие миллиметры и спутанность общего дыхания.
— А ты разве против? — гулко и непривычно проурчал красноглазый, поняв окончательно, что сопротивления не последует.
— Против, если мне не позволят сделать того же, — Санс скользнул ладонями под ворот свитера, ощущая греющий жар позвонков, явно более массивных, чем таковые у него самого. Парня повело от понимания, что Рэд физически его превосходил в силе, мог легко прижать, заломать его и не дать шевелиться, пока не позволят. Черт, даже мысли об этом вызвали прерывистый и жадный выдох, который Рэд поглотил собой, досадную преграду между ними преодолев столкновением в поцелуе. Таком страстном, что темнота теперь воспринималась не как страх, а как благо, глотавшее постыдность позы и движений.
Санс сделал то, о чем долгое время мечтал, лишь оставаясь наедине с собой: во всех подробностях языком изучил золотистую гладкость острого зуба Рэда, который от его смелости сперва опешил, а после сбросил с коленей на диван, подмяв под себя поудобнее и не давая больше путей к отступлению. Стоило парню под ним чуть двинуться или изогнуться, как его живо наказывали, кусая или давя сильнее руками, пересчитывавшими каждую дугу ребра под мягкой тканью толстовки, насквозь пропахшей чем-то домашним и, как ни странно, самим Рэдом, ведь парень у него в гостях в последнее время бывал едва ли не чаще, чем в собственном доме. Санс и тут не упускал возможности что-то выкинуть, обманным маневром умудряясь согнуть ногу, тесно прижав бедренную кость к разлету подвздошной кости Рэда, на что тот с рычанием отстранился, хищно сверкая багряным пламенем страстного чувства, опьянившего его настолько, что он едва не забылся окончательно.
— Блять, Санс… Я же тебя сейчас прямо здесь раскатаю, — его голос звучал несколько расстроенно, — мы с тобой уже явно не будем друзьями.
— А ты разве против? — хитро повторил тот его же недавнюю фразу, плавно заливая левую глазницу янтарно-лазурным цветом просыпающейся в нем кипящей магмы.
— Я не против, но ты от меня не отделаешься после этого. Я собственник, знаешь ли. Тем более, владеть чем-то таким сладким — слишком приятно, чтобы отпустить, — объяснил он, руками забираясь под чужую спину, где неустойчивыми волнами бежал позвоночник, который он притянул к себе ещё теснее, носом поводя по бархатистой на ощупь щеке.
— Черт, Рэд… Если мной будешь владеть ты, то прошу… не отпускай, — протянул он, наглея настолько, что его руки заползли под чуть колючий свитер Рэда, фалангами слегка царапая ребра, от которых веяло жаром и чувством чужих выдохов и вдохов.
— Малыш, как же я этого, черт побери, хотел, — с облегчением выдохнул тот, наслаждаясь лаской того, кто так терпеливо ждал возможности ее дарить.
— Я тоже, Рэд. Дьявольски… — ответный голос, чуть дрогнувший, когда скелет над ним нашел очень чувствительное пятно на пояснице, ощутимо и с нажимом его погладив, полностью снося крышу пониманием, что они ходили вокруг да около слишком долго.
Даже когда свет снова включился, монстры, кажется, не замечали ничего вокруг, слишком увлечённые друг другом, срываясь на грубость и следом утопая в нежности, будто заглаживая вину, а может просто восстанавливали силы перед новым погружением в океан темпераментности, которой обладали оба. Нравилось, кружило голову, дурманило. Им было так хорошо вместе, что прожитое до того момента время показалось до смешного потраченным впустую. И они наверстывали. Всеми силами. То просто находясь вместе, в обнимку глядя передачу, над которой хохотали до слез. То едва ли не с порога после долгих провокаций на улице, бросаясь в омут страстной и пылкой пламенности чувства, глубоко взаимного и крепкого настолько, что ни один страх и рядом не стоял, вырываясь с корнем желанием любить.
Комментарий к Это просто кетчуп [Рэд/Санс]
Если что, вы все ещё можете предлагать слэш-пейринги в этот сборник, и если мне приглянется, то я с удовольствием напишу ^_^
https://vk.com/fantasmasofyoursoul — группа автора.
========== Простор — это твоя свобода [Инк/Найтмер] ==========
Создавать шедевр, имея страх, в котором могло бы родиться самое прекрасное вдохновение и произведение искусства, едва ли возможно. Но так хотелось… Влекло, томило… Терзало тем, как близко было это счастье и одновременно недосягаемо. Будто стеклом отделяя носителя этой боязни от заветной цели, на корню рубя все попытки достичь её. На полпути… На расстоянии одного шага, перед порталом в мир, где ветром крылся бесконечный простор огромного, открытого пространства. Такого обнаженного и бесконечно уязвляющего, что у монстра, стоявшего около него в нерешительности, предательски дрожали колени, а в глазах расплывались кобальтовые фигурки боязни пересечь этот барьер.
— Ладно, Инк… Ты сможешь, — подбадривал он себя, заминая в руках альбом и карандаш, словно они были не инструментами для написания шедевра его мечты, а талисманами, призванными избавить от агорафобии{?}[Боязнь открытых пространств], скребшей линованные узорами кости коготками паники. И не избавиться от ее хватки ничем: защищать вселенные нужда отпала многие годы назад, когда всем просто наскучило вести борьбу за то, что регулировало себя и самостоятельно, а потому, постепенно, пусть и не сразу, все каверзы конфликтов улеглись мягкими волнами. Кто-то нашел родственную душу, кто-то восстановил былые кровные связи, кто-то нашел себя, осев в новых мирах. И лишь Инк, как он сам думал, остался один одинешенек, путешествуя по мирам в поисках своего места, да так ничего и не отыскал, начав забывать, чего вообще стремился достичь, и стоило ли оно того. Может… Ему и не нужно было продолжать, дав страху загубить его никому больше ненужный талант?
Шаг.
Инк, оставив кисть, с которой до того не расставался, сделал его, окунув себя в пучину собственного ужаса, от которого тут же сжало все его существо и душу, чье существование он упорно и успешно скрывал от всех, не дав никому повода думать об уязвимости и усомниться в его силе. Пальцы задрожали так сильно, что выронили бумагу и карандаш — последний исчез в траве, куда на колени рухнул Инк, сдавливаемый простором купола неба, тяжесть которого прижимала его к земле, ниже и ниже, заставляя сжаться в густом поле дикого вереска комочком жалкой слабости, едва не теряя от нее же сознания.
В таком виде, привлеченный таким отчаянием, его нашел Найтмер, озадаченный тем, что тот, кого, как он думал, неплохо успел узнать, мог испытывать настолько гнетущие эмоции, не присущие обыкновенно его неуемному энтузиазму и любознательности, которую Негатив втайне лелеял, как нечто особенно приятное, что было странным для того, кто больше походил на роль извечного страдания. Хотя по факту, от других монстров мало чем отличался, особенно теперь, закопав топор вражды многие годы тому назад. И жалкий вид Художника тронул его чувством жмущей тоской сочувствия. Сколько раз он сам испытывал подобное, ощущая отвращение к себе настолько сильное, что не мог смотреть в зеркало, разбив все до единого и больше никогда ни в одно не посмотревшись.
Инк затих слишком подозрительно, и Найтмер шагнул, сокращая расстояние к обмякшему телу и не ощущая больше ничего. Оборвалась нить эмоций, пустив по векторам холодом неприятное чувство собственного страха, невесть откуда взявшегося, и это подстегнуло опуститься рядом, в заросли жёстких отцветающих стеблей, тронув тепло скрытых одеждой костей. Живой, но лишился чувств от переизбытка такого потока пожиравшего его ужаса. Хотелось узнать, в чем была причина, и Кошмар, подхватив монстра под коленями и лопатками векторами, поколебался, прежде, чем поднять и притянуть к себе, унося неожиданную ношу в дом мира, где обосновался давно, отыскав до странного понравившийся, в котором царил баланс эмоций, выбрав и обжив дом на берегу стлавшегося тихой ночью океана.