Электронная книга - «Серебряная нить (ЛП)». Краткое содержание книги:
Для банкета в смене для мальчиков мистер Клэйп остановился на истории Даниила во рву львином (Прим. пер.: Книга пророка Даниила. Глава 6).
— Нам нужно выложиться на полную, — сказал он, — сделать это по-настоящему особенным, поскольку этот дождь испортил нам так много вечерних развлечений.
Джейми предложил нарисовать львов, которые будут украшать Длинный дом. Я помог ему найти картинки и нарисовал карандашом львов почти в натуральную величину на больших кусках картона. Поскольку лагерь заказывал еду оптом в Sysco (Прим. пер.: американская многонациональная корпорация, занимающаяся маркетингом и распространением продуктов питания, мелкой посуды, кухонного оборудования и столовых приборов), недостатка в картоне у нас не было. Пока Джейми раскрашивал львов, я сделал кости из мятой газеты, липкой ленты и акрилового грунта Gesso.
Работали, в основном, молча. Наше взаимодействие на публике было напряженным, поскольку никто из нас не знал, как себя вести. Это должно было быть легко, мы обязаны были вести себя так, как всегда, но то, как мы вели себя раньше, теперь казалось слишком рискованным.
Даже когда оставались наедине, я не говорил и не делал ничего необычного. В стенах лагеря не существовало настоящего уединения, особенно когда все находились внутри из-за дождя. Кто-то всегда мог появиться из ниоткуда или оказаться в пределах слышимости.
Львы Джейми были прекрасны. Я знал, что он рисовал дома, но сам никогда не видел его мастерства.
— Это просто потрясающе, — сказал я однажды вечером. Джейми сидел на полу, склонившись над картоном. Задняя часть его рубашки немного приподнялась, обнажив полоску на спине и резинку боксеров. Я мог видеть, как выступали его позвонки. Я никогда в полной мере не касался кожи на его теле. Голова закружилась от этой мысли. — Ты удивительный. Замечательный художник.
— Спасибо. — Он сел прямо и нахмурился, посмотрев на темное окно. Краска покрывала его футболку и руки. Волосы были собраны в хвост сзади, но несколько свободных прядей упали на щеку. — Знаешь, такое ощущение, что эта погода меня доконает.
— Я знаю, — ответил я.
Он стиснул зубы. На челюстях заиграли желваки. Он взглянул в сторону «Зеленой Комнаты», затем на общежитие.
— Правда? Мне кажется, будто я схожу с ума.
— Расслабься, — пробормотал я.
Бросив на него предупреждающий взгляд, я вернулся к обматыванию скотчем пачки газет. Допрос Мэган напугал меня. Возможно, Джейми упускал из виду нашу потребность в осторожности, но я – нет.
— Нет, я не могу. Я чувствую, что если дождь не утихнет, ничего хорошего не будет.
Я заставил себя продолжать смотреть на свой проект.
— Что ты имеешь в виду?
— Я чувствую, что…теряю контроль.
— Может, тебе нужно сделать несколько отжиманий и принять душ, хорошо? Скоро на улице прояснится. Остынь.
Мое сердце колотилось в груди. Я встал и направился к лестнице.
Он поднялся и побежал за мной.
— Душ? Да ладно, это ведь не то же самое.
Я повернулся к нему.
— Не надо, — отрезал я. Мой страх перерос в гнев. — Не надо.
Джейми нахмурился и попятился.
Добравшись до общежития и поднявшись наверх, я последовал своему собственному совету. Сделал пятьдесят отжиманий, затем пятьдесят приседаний и принял обжигающий душ.
Мне кажется, будто я схожу с ума. Я чувствую, что теряю контроль.
— Пожалуйста, — прошептал я, с моих губ брызнула вода.
Это была молитва в никуда. Скоро должно было выйти солнце. Я передернул, думая о коже Джейми. Это не одно и то же. В этом он был абсолютно прав.
Когда я вышел из душа, Джейми чистил зубы. Он посмотрел на меня в зеркало. Глаза были покрасневшими.
Иногда я мог поклясться, что ему не больше девяти лет. Он остался ребенком, счастливым глупцом, а на меня легла вся тяжесть взрослой жизни.
В тот момент в ванной больше никого не было, поэтому я позволил ему пялиться на мою грудь и руки.
— Прости, — пробормотал он.
Я слегка улыбнулся.
— Скоро на улице будет хорошо. Я не могу дождаться.
Он кивнул и сунул зубную щетку обратно в рот. Я так хотел его утешить, но не мог. Не здесь.
Как я и предсказывал, и ни минутой ранее, дождь прекратился в последний день смены для мальчиков. Тучи рассеялись, и июльское солнце поднялось в небо. Дорога к лагерю высохла. Тепло выпаривало сырость из травы, оставляя влажными только канавы и долины. Дети в лагере были повсюду, их пронзительные голоса звенели в воздухе. Во второй половине дня сотрудники играли во фрисби. Я присоединился к ним. Это было похоже на рай: бегать, прыгать до изнеможения. Джейми и Хейли сидели на траве и смотрели.
На банкете мы подавали говядину, картофельное пюре, подливку, стручковую фасоль и рулеты, а на десерт – мороженое. Львы – пятеро из них – были приклеены на скотч на стенах в столовой. Мы сложили кости стопками возле окна выдачи блюд. Для столов Микаэла сделала центральные украшения из камней и палочек.
В завершение зажгли факелы Тики по всему Длинному Дому. Видимо, их оказалось слишком много. Столовую наполнила дымка. Даже после того, как мы погасили несколько факелов, завеса сохранилась. Но дети были очарованы. В ту ночь войти в Длинный Дом было все равно, что войти в пещеру. Кости, львы и дымка сошлись идеально.
— Я никогда не видел ничего подобного, — сказал мистер Клэйп, хлопая Джейми по плечу. — В лагере никогда не случалось ничего такого.
Дети поели, персонал спел для них в последний раз, а затем мы прибрались и наслаждались нашим собственным ужином. Джейми был оживлен, весело болтая с Крисом и Эриком. Я почти никогда не видел его таким. Я знал, что является причиной такого настроения.
Той ночью, пока другие сотрудники привязывали пустые консервные банки к машине мистера Клэйпа, мы с Джейми ускользнули. Перебежали футбольное поле. В лесу мы взялись за руки и прошли к Каунсил-Рок.
Лес по-прежнему был сырым, но нам было все равно. Мы просто положили дополнительные одеяла.
— Прости меня, — выдохнул Джейми, потянув меня вниз.
— Не надо. Это мне жаль. — Я возился с его джинсами. — Ты напугал меня.
Подбадриваемый моими действиями, он начал расстегивать мои джинсы. Я расстегнул молнию и заколебался. Он тоже. Хотел бы я посмотреть.
Я осторожно стянул с него боксеры, а он с меня. Никогда не забуду это чувство – оно останется со мной до самого последнего вздоха – его рука на мне, а моя на нем. А затем наши тела соприкасаются там. Он был горячим чуть меньше. Кожа его члена была на удивление мягкой. Когда я взобрался на Джейми, он втянул воздух, как будто ему было больно.
— Что такое? — прошептал я.
— Т-так хорошо… — Он вцепился в мои ребра под рубашкой.
Его кожа ... Я поднял его толстовку и погладил твердую гладкую поверхность груди. У меня были волосы там, где у него их не было. Даже вокруг члена у Джейми был только тонкий редкий пушок.
С рубашками, собранными под мышками и брюками, спущенными до тазовых косточек, мы терлись друг о друга. Джейми кончил быстро. И после этого стало скользко и легче двигаться. Я кончил через мгновение, резко выдыхая в его волосы.
— Никакого костра сегодня, — сказал я.
В любом случае, вся древесина была слишком влажной. Я собирался сам согревать его, своим телом поверх.
Той ночью мы занялись этим еще дважды. Джейми набрался храбрости и спустил руки вниз по моей спине, забравшись под боксеры. Его пальцы, сжимающие мои обнаженные ягодицы, заставляли меня двигаться быстрее, жестче. В свою очередь, я обнаружил, что его соски были невероятно чувствительными.