Электронная книга - «Проект "Элефтерия" (СИ)». Краткое содержание книги:
— Убил себя?
— Да, он застрелился. — Десмонд повертел чашку за ручку. — Это не отменило никаких проблем, разумеется. Они таковы, что я решить их не могу, речь об очень больших деньгах. И дело не только в них, к сожалению. Гораздо важнее репутация… Не знаю, понимаете ли вы, о чем я. Поэтому я принял решение исчезнуть. Просто исчезнуть. Вы, конечно, можете назвать это как угодно… Но я так решил. Моя сестра привезет мне все необходимое, и тогда я уеду. Я еще не решил куда, но… Вот и все. Ничего загадочного.
— И как вы оказались в моем доме? — после долгой паузы спросила Мидори.
— Случайно! Я знал, что дома здесь стоят пустыми, и решил, что в этой глуши никому не придет в голову меня искать. Нет, конечно, не это совсем глушь, дома дорогие… Но я думал, что сейчас не сезон и никого здесь не встречу. Чистая случайность.
— Тут много домов.
— Да, но этот не видно с озера и с дороги, — признался Десмонд, и ему показалось, в лице Мидори что-то изменилось. — Он же в лощине.
— Вы знакомы с моим мужем?
— Нет, не знаком, — зачем-то соврал Десмонд. Не такая уж это ложь, он видел этого человека однажды — крупный седой мужчина приезжал на подписание документов о покупке дома. Это вовсе не знакомство. — Думаю, моя сестра никак не может приехать, потому что занята похоронами. Он ведь был ее мужем, этот мой родственник, а похороны дело хлопотное…
Он замолчал, глядя в кружку с чаем.
— Вы не говорите правду, — медленно произнесла Мидори.
— Откуда вам знать?
— Люди не бросают все по такой ничтожной причине.
— Ничтожной?! Что вы в этом смыслите, чтобы судить! — Десмонд взмахнул рукой, и чашка слетела на пол, но он даже головы не повернул. — Мой бизнес разрушен! Его со дня на день разорвут исками в клочья. Да и я сам навсегда теперь тот, кто… Кто…
Кто не смог. Не справился.
Десмонд вскочил и отошел к окну. В щелочке между ставней не были ничего видно, но стекло было упоительно холодным, и он прижался к нему лбом.
— Вы ничего не смыслите в таких вещах, — сказал он, немного успокоившись. — Только делаете вид. Это легко, делать вид. И думать, что вы бы справились лучше, тоже легко!
— Простите, я могла вас неверно понять.
Он ушам своим не поверил, обернулся даже. Она извиняется?
— Видимо, речь о крупном бизнесе? — уточнила Мидори. — Вы ничего об этом не сказали, и я поняла неверно. Но раз вас так волнует именно деловая репутация, значит, ваше имя довольно известно. Простите мою недогадливость.
До чего она хитра, думал Десмонд .
— Это бизнес моего отца, — произнес он сухо. — В этом все дело. Он умер несколько лет назад.
Мидори медленно, задумчиво кивнула.
— Теперь я понимаю лучше, — сказала она.
Они долго молчали, слушали, как по ставням стучит дождь.
— У моего отца тоже бизнес, — сказала Мидори тихо. — Я могу понять.
Что за вздор. Она женщина, откуда ей знать? Даже если она не врет, забота о наследии отца ляжет не на ее плечи. Как у них там принято, в Японии? Наверняка дело перейдет ее мужу или брату.
— Но если бизнес крупный… — медленно продолжала Мидори. — Как один человек мог все сделать? Почему никто не заметил?
Будто он об этом не думал! Думал, и не раз. Как все эти люди, которые на каждом собрании давали ему понять — тонко, намеками, но давали! — что он слишком молод, не имеет достаточно опыта, не обладает подходящим складом ума… Как они, умудренные, раздувающиеся от важности, ничего не заметили? Сколько украл Флойд? Сколько домов продано дважды? Ну пускай даже пять. Не заметили первый случай, ладно, второй, но пять? А может, десять? Сто? Сколько?
— Хотел бы я знать, — пробормотал он.
— Если вы сбежите, то не узнаете.
Десмонд замер.
— Не накажете их, — Мидори смотрела на него бесстрастно. — Разве вам не хочется?
Он никогда не думал об этом. Зачарованный новой для него мыслью, Десмонд вернулся в кресло. Она права, Флойд мог быть винтиком куда большей машины. После смерти отца и Джеффа самые разные люди не раз предлагали «Вудсу и сыновьям» сотрудничество, он отказывался… Что, если его решили уничтожить? Купить подешевевшую на волне скандала компанию — вовсе не глупо! Почти даром. Они, конечно, не ожидали его исчезновения и наверняка теперь озадачены, ведь компанию наследует Айрис, юридические процедуры перехода прав здорово затянут любой процесс — продажу, банкротство…
Вот только Десмонд Вудс мертв, что за ирония! Это решение сломало планы злоумышленников, но оно же лишило его возможности хоть что-то предпринять.
Десмонд набрал воздуху в грудь, осторожно выдохнул.
— Уже поздно, — сказал он как можно безразличнее. — Время упущено, теперь ничего не сделать.
Мидори долго смотрела на него, склонив голову. Потом спустила с дивана ноги и плавно поднялась.
— Думаю, нам пора отдохнуть, — сказала она и направилась к лестнице.
Десмонд еще долго сидел в кресле, слепо глядя перед собой.
========== Часть 11 ==========
Он проснулся на диване в сероватом сумраке гостиной и не сразу понял, где он. Вскочил, путаясь в пледе. Он еще откуда взялся?
Десмонд растер лицо. Уже утро. Вчера ночью он долго думал, сидя в кресле, потом решил прилечь… Это он помнил. Но никакого пледа не было. Он не знал, где его взять, и даже не думал о нем!
С кухни донеслось позвякивание посуды, шум воды.
Мидори!
Он вскочил, торопливо сунул руку в карман — ключи на месте! А ведь она могла бы их вытащить, он спал просто как мертвый. Не догадалась, или он лежал так, что до кармана было не добраться? Десмонд постарался пригладить волосы, оправил изрядно помятые брюки. О чем он думал, укладываясь на диван? Спать в одежде отвратительно.
И все-таки он хорошо отдохнул.
Не привлекая к себе внимания, он поднялся на второй этаж, в уборную спальни мистера Гришэма, и там долго стоял перед зеркалом, пытаясь привести себя в более-менее приемлемый вид, но ничего не выходило, конечно же. Волосы он уложил, но со щетиной — отвратительной, торчащей щетиной! — сделать ничего не мог. Он тщательно осмотрел уборную и комнату мистера Гришэма, надеясь найти если не бритву, то хотя бы ножницы. Увы! Ничего не обнаружил.
Он влажными ладонями выгладил брюки, измявшиеся под коленями, закатал рукава рубашки, одернул джемпер и как мог утешил себя, что по сравнению с тем видом, в каком Мидори застала его вчера, сегодня он кажется куда более приличным человеком. Щетина загустела, конечно, зато ссадины на костяшках стали менее заметны. Жаль, так и не нашлось обуви, в носках он чувствовал себя нелепым, но не надевать же. в самом деле, сапоги.
На кухне в кастрюле дымился суп, и у Десмонда немедленно подвело живот. Ему так хотелось настоящей, горячей еды!
— Вы нашли консервный нож? — спросил он Мидори. — А я не смог и ел только ветчину.
Мидори посмотрела на него внимательным, но ничего не выражающим взглядом, и у Десмонда возникло ощущение, что он сказал какую-то глупость. Черт бы побрал эти азиатские лица!
Ответ на свой вопрос о консервном ноже он получил позже, без всякого участия Мидори. Когда он наклонился к мусорному ведру, чтобы выбросить салфетку, то увидел, что в крышках банок из-под супа прорезаны узкие клинья — неаккуратно, зубцами — и треугольные полоски жести вывернуты наружу, как языки из пасти. Никакого консервного ножа не было, Мидори орудовала обычным. Что ж, вполне в ее духе.
— Сегодня вы обещали уехать, — прозвучало за спиной.
— Да, я помню. Сегодня пятница.
— Даже если ваша сестра так и не появится. Мне все равно.
Десмонд не стал отвечать, молча ушел с кухни. Да, он обещал! И да, он надеется, что Айрис все-таки приедет. Должно же когда-то все это закончиться — вой ветра, сырость, неустроенность… Он завяз в этом, как Айрис наверняка завязла в тысяче неотложных дел. Но сегодня день похорон, сегодня все должно решиться. Прошлое будет похоронено вместе с Десмондом Вудсом, оно всегда уходит. А он станет жить дальше. Пока еще непонятно, как именно, но что в этом удивительного? Он просто не думал об этом. Не было времени.