Идеология русской государственности. Континент Россия [litres]
- Автор: Мостовой Петр, Куликов Дмитрий Евгеньевич
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Питер
- ISBN: 978-5-00116-621-4
- Жанр: История
Электронная книга - «Идеология русской государственности. Континент Россия [litres]». Краткое содержание книги:
Авторы утверждают, что идеология, запрос на которую сегодня общепризнан, является опирающимся на историю прикладным знанием, которое обеспечивает практическое понимание хода социальных процессов, сознательное успешное участие в них, включая политическую активность. Для авторов идеология – выученный урок истории России, её народа и государства в их взаимоотношениях, русская цивилизационная стратегия.
На этой основе книга отвечает на вопросы: кто мы, откуда и куда идём, каким должен быть ответ России на вызовы современности, какое место в меняющемся мире она способна занять.
Второе издание дополнено новым разделом, посвящённым конституционализму и его историческому развитию в России, а также Лексиконом идеолога – тезаурусом основных понятий идеологического мышления.
2-е издание, дополненное.
Для управления промышленностью и вышеописанным «комплексом жизнеобеспечения», связанным с ней, была постепенно создана централизованная администрация. Впоследствии она приняла «в своё ведение» и обобществлённое сельское хозяйство, когда оно было перестроено на этот уже советский индустриальный манер.
Следует сказать несколько слов о юридической природе понятия «народное достояние».
Первым инструментом государственного управления народным достоянием стали государственные тресты.
В русских учебниках и энциклопедиях при разъяснении смысла слова «трест» упор делается обычно на то, что это «монополистические объединения». Но и в этом случае нужно помнить, что трест (англ. trust – доверительная собственность) – это организация, управляющая разными предприятиями, принадлежащими разным собственникам, но как единым целым, по общему плану, таким способом, как если бы они все были её собственностью. Это и называют доверительной собственностью: собственники передают тресту свои активы, а сами остаются «бенефициариями» (выгодоприобретателями), то есть получают свою долю дохода от общей хозяйственной деятельности.
Первые такие тресты были созданы в России ещё во время мировой войны как способ управления германскими, австрийскими и т. п. предприятиями, подвергнутыми секвестру, как собственность противника в войне. При секвестре (в отличие от национализации) имущество не изымается у собственников, они лишь ограничиваются (обычно временно) в правах распоряжаться этой собственностью. Если, в частности, речь идёт о предприятии, то управляют им в период действия секвестра специально назначенные государством лица.
Тресты были сохранены советской властью как способ управлять имуществом уже политических противников («эксплуататорских классов»), обращённым в народное достояние или общенародную собственность. Оба эти термина взяты нами из разных по времени советских конституций. То есть в качестве титульного собственника тут рассматривается весь народ, являющийся, однако, лишь выгодоприобретателем, получателем благ, созданных в результате использования этой собственности по назначению. А управление всем этим, как единым целым и по общему плану, становится одной из основных функций народного государства.
Следует признать, что понять этот способ организации советского хозяйства в рамках института собственности невозможно. А институт собственности лежит в основе романо-германской правовой системы, исторически принятой Российской Империей и унаследованной от неё РСФСР, СССР и Российской Федерацией. «Народный траст» так и остался непонятым самими советским хозяйственниками и учёными. Соответственно, это помешало созданию адекватной теории советского народного хозяйства («политэкономии социализма»).
Централизованный характер управления хозяйством стал в позднем СССР предметом разносторонней критики. Наиболее распространённым стало утверждение, что государственное плановое хозяйство экономически-де менее эффективно, чем частное и конкурентное. Однако по первоначальному замыслу такая централизация была направлена именно на повышение его экономической эффективности за счёт использования как раз преимуществ монополии. В том числе устранения неизбежной в конкурентных условиях избыточности производимой товарной массы (перепроизводства). А это означает, в частности, наиболее экономное использование имеющихся ресурсов. Что в условиях разрушенного войной и революцией хозяйства было совсем неглупо.
Впрочем, эти соображения стали учитываться много позже. Первые шаги большевиков ознаменовались провалом попытки обойтись без денег при «военном коммунизме» и тактическим отступлением к рыночной саморегуляции при НЭПе. Это показало отсутствие у них работоспособной экономической концепции. В чём не было ничего удивительного.