Корсары султана. Священная война, религия, пиратство и рабство в османском Средиземноморье, 1500-1700 гг. [litres]

Паразиты или подстрекатели?

Можно ли рассматривать корсарство как экономический паразитизм? Многие сразу, особо не раздумывая, отвечают «да». Например, морской историк Гульельмотти сравнивает пиратов с африканскими берберами, устраивавшими пастбища прямо там, где сеяли просо[1458]. Опять же, и в современных источниках, и в обобщающих монографиях, посвященных османским корсарам, те провозглашаются главными врагами торговли и богатства, противниками современной экономики, увеличивающей благосостояние.

Однако все это – не что иное, как обычный анахронизм, далекий от понимания исторической сложности. Это подобие редукционистской дихотомии, хорошей лишь на первый взгляд. Склонность воспринимать историю лишь как развитие и прогресс – это самый важный методологический изъян современной историографии (наряду с парадигмой государства-нации). Из-за него мы пренебрегаем альтернативными подходами к рассмотрению доиндустриального общества и позволяем позитивистским дихотомиям господствовать безраздельно. И все же корифеи истории – Сальваторе Боно, Мирелла Мафричи, Крис Пеннел, Вольфганг Кайзер, – много раз указывали на симбиоз торговли и корсарства[1459].

Гонсало Лопес Надаль, уделяя внимание экономическому аспекту корсарства, идет дальше и рассматривает корсарство как альтернативный способ торговли. Согласно каталонскому историку, это была просто очередная система торговли между портами, которой пользовались торговцы и компании. Сама торговля при помощи кораблей, принадлежащих иным странам, а также корсарство и контрабанда – это три системы, возникшие, чтобы по наименьшей цене и самым легким путем обеспечивать товарами и покупателя, и продавца. Во время войны или экономического кризиса ничто не могло содействовать этому лучше корсарства. Надаль согласен и с Фонтене в том, что в кризис пиратство становилось последней возможностью справиться с тяготами, и подчеркивает: проблема в том, что второстепенные участники экономической деятельности не смогли конкурировать с первоклассными портами вроде Венеции, Барселоны, Генуи, Марселя и Валенсии. Еще один момент, который нам не стоит упускать из виду – роль, которую играли корсары в поддержке портов[1460]. Разве голод не уничтожил бы порты Магриба, если бы гази не привозили туда пшеницу?