Франция в начале XVII века (1610–1620 гг.)

Само же правительство олицетворялось в то время, королевой-матерью, канцлером Силлери, президентом Жаненом и двумя государственными секретарями.[727] Маршал д'Анкр находился в Пикардии и подолгу бывал без известий от двора,[728] так что непосредственное его влияние на королеву в то время исключено. Зато влияние его жены, Леоноры Галигаи, было очень велико. Она была тесно связана с небольшой группой финансовых дельцов, среди которых находились Бюльон и Доле, сторонники крайних решительных мер против принцев вплоть до ареста Конде. Удаления именно их требовали парламент и Конде еще в мае-августе 1615 г. В январе 1616 г. королева вынуждена была пожертвовать Бюльоном и командором Силлери,[729] который как бы олицетворял собой союз с Испанией, поскольку был чрезвычайным послом, оформившим этот союз. Вопрос об удалении Доле был снят его смертью.

Таким образом, состав правительства оставался прежним. Инструкции, данные королевским уполномоченным, разрешали вести переговоры только о делах государственных. Все личные претензии грандов, должны были переадресовываться правительству. О новых привилегиях для гугенотов не могло быть и речи.[730]

22 февраля принцы предъявили свои «общие пункты».[731] Это была сводка всех основных, уже известных нам требований рассчитанных на завоевание программе грандов самой широкой популярности. Там фигурировали принятие § 1 наказа третьего сословия, отмена постановлений Тридентского собора, отмена полетты, сокращение пенсий и тальи и т. д. и т. п. На первом месте было выставлено требование тщательного следствия по делу об убийстве Генриха IV, требование, которое по расчетам принцев должно было найти горячий отклик в народе. Но были и другие пункты, в выполнении которых гранды были действительно заинтересованы. К ним относились требование выполнить наказ гугенотской конференции, загладить все «обиды», нанесенные Конде в 1614–1615 гг. муниципалитетом Пуатье и бордосским парламентом, а также требование срытия крепости в Амьене. Последнее было особенно важно для Лонгвиля, а так как он был одним из самых надежных союзников Конде, то принц особенно рьяно защищал его интересы. В основном требования принцев являлись компиляцией из всех злободневных вопросов. Но, разумеется, дело вовсе не в них. Они лишь должны были служить принцам козырями в их дипломатической игре.