Французский абсолютизм в первой трети XVII века

Таким образом, в карьере Лавьевиля-отца военные функции постепенно перевесили прежние его финансовые должности; в дворянско-придворной среде он был известен как персона довольно значительная, ибо пост генерального наместника в пограничной Шампани был достаточно важным.

Лавьевиль-сын (Charles, marquis de La Vieuville, ок. 1580–1653) унаследовал от отца его военную и придворную должности.[476] Во время гражданских войн 1614–1620 гг. он поддерживал правительство и вступил в открытый конфликт с герцогом Невером, губернатором Шампани, и одним из вождей знати. Вознаграждение не заставило себя ждать. В 1620 г. Лавьевиль получил должность капитана личной гвардии Людовика XIII (capitaine des gardes du corps du roi) и в качестве такового арестовал 25 марта 1621 г. по приказу короля кардинала Гиза.[477] В январе 1623 г. он нес стражу у дверей покоев Марии Медичи во время ее совещания с королем.[478] В Лион Лавьевиль прибыл с известием о том, что Мансфельт удалился от границ Шампани; он привел большой отряд солдат из числа тех, что были навербованы для защиты от вторжения Мансфельта, а теперь предназначались для комплектования армии в связи с итальянским походом.[479] Cледовательно, Лавьевиль отнюдь не был зарвавшимся провинциальным дворянином, известным лишь своим браком с дочерью крупнейшего финансиста Бомарше. Это был начальник личной гвардии короля, человек доверенный и близкий, хорошо известный при дворе и даже шире.

Мог ли он претендовать на должность сюринтенданта финансов, даже если бы не являлся зятем Бомарше? По всем остальным своим данным — мог, особенно в предвидении войны в Италии. О том, что король хотел видеть на этом посту именно военного человека, свидетельствует Фонтенэ-Марейль, утверждая, что все усилия Лавьевиля занять место Шомбера ни к чему бы не привели, если бы не умер г-н Сенесэ, которого король собирался назначить сюринтендантом, как только было решено отставить Шомбера.[480] Анри де Бофремон, барон, затем маркиз де Сенесэ (1578–1622), президент палаты дворянства на Генеральных Штатах 1614 г., был типичным для того времени военным (губернатор г. Оссона, maréchal de camp), выполнявшим подчас и дипломатические функции. Характерно, что и сюринтендант Шомбер после кратковременной ссылки в 1623 г. в свое поместье вновь вернулся именно на военное поприще, был сделан в 1625 г. маршалом и губернатором Лангедока. Таким образом, Сюлли, Шомбер, Лавьевиль соединяли управление финансами с крупными военными постами не в силу сращивания феодальной аристократии с плутократией,[481] а в силу обстоятельств эпохи, когда такое «совместительство» было для правительства удобным и желательным.