Божественный лик Византии
- Автор: Величко Алексей Михайлович
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Selfpub.ru (неискл)
- Жанр: Прочая религиозная литература
Электронная книга - «Божественный лик Византии». Краткое содержание книги:
Наиболее естественной казалась уния, означавшая объединение Восточной и Западной церквей при условии сохранения каждой из сторон собственной экклезиологии, обрядов и догматов. Поскольку же в вопросы догматики активно вмешивались субъективные обстоятельства и политические события, сторонам открывалось широкое поле деятельности в части определения условий унии и самого характера нового церковного союза. От воссоединения Церквей под эгидой Вселенского Собора, как того желали византийцы, до административного «присоединения» Восточной церкви в одностороннем порядке к Риму через покаяние и признание римских нововведений. Пожалуй, единственно не рассматривался полный отказ Рима от своих догматов и обрядов – это было совершенно нереально.
В действительности указанные выше варианты являлись двумя крайностями, одинаково неприемлемыми ни по обстоятельствам места и времени, ни с точки зрения интересов Рима и Константинополя, а потому практически не имевшими шансов быть реализованными. Византийцы требовали обязательного обсуждения спорных вопросов на Вселенском Соборе, но совершенно упустили из виду, что на дворе не V, а XIII век. Отсутствие у христиан единого центра политической власти, способной, как это было раньше, государственным законом признать ту или иную церковную практику истинной, а противоположную предать забвению, изначально обесценивало любые положительные для греков решения вселенского собрания. Разве можно было поверить, будто папа подчинится эдикту Византийского императора и вообще подпишет соборные акты, если Вселенский Собор, к примеру, признает Filioque ересью?
В свою очередь, весь строй Восточной церкви, ее традиции и практика межцерковного общения не допускали того развития событий, за которое так ратовал Апостольский престол. Византия, для которой древние формы, литургический обряд и догматы являлись абсолютными и неизменными категориями, ни при каких обстоятельствах не приняла бы тот же Filioque без уяснения его богословского смысла.
Безмерно упрощая ситуацию, иногда говорят, что Римские папы пытались навязать Восточной церкви унию. Но, как указывалось выше, в силу универсальности папской власти, как ее понимали сами латиняне, понтифики просто не могли не стремиться к восстановлению церковного единства. Равно, впрочем, как и Византийские императоры, которыми двигали не только военные соображения, но и более высокие мотивы. С того времени, как Великий раскол стал осознанной реальностью, а никакие иные формы возобновления церковного общения казались уже невозможными, практически все Византийские цари, среди которых присутствуют 3 прославленных Церковью императора (св. Иоанн Дука Ватац, св. Мануил II и св. Константин XI Палеологи) могут быть смело отнесены к «униатам», причем к униатам инициативным.
К несчастью, Византийские императоры оказались меж трех огней – своим патриархом, Римским папой и турками, жадно глядевшими на Константинополь с противоположного берега Босфора. Поскольку же условия и характер унии относились к разряду обсуждаемых предметов, они делали все от себя зависящее, чтобы найти вариант униального объединения, который устроил бы обе стороны и попутно устранял военную опасность. Именно императоров можно отнести к наиболее последовательным идеологам унии. Эпизодически союзниками царей выступали некоторые Римские епископы, чья душа и разум возобладали над узкокафедральными интересами. Но в целом Византийские императоры были гораздо последовательнее и честнее в своем стремлении объединить Церкви, чем их римские корреспонденты.
Безусловно, идея униального союза несла надежду на некий позитивный компромисс. Тем не менее ее заключение наталкивалось на множество препятствий, большая часть которых была порождена человеческими страстями, а не богословием. В идеале унию должны были заключить равноправные стороны, но многие понтифики своими честолюбивыми требованиями и желанием унизить греков, подчеркнуть второстепенное значение Константинопольского патриарха, многократно срывали уже намечавшиеся объединительные тенденции. Нарастающий объем требований папской курии, игра обязательствами, нетерпимость римских легатов, изредка навещавших византийскую столицу, – все это привело к тому, что сама идея унии скоро стала на Востоке крайне непопулярной.
В свою очередь, для Константинопольского архиерея и столичного клира Кафолическая Церковь уже давно секвестрировалась до масштабов «греческой» Церкви – «Вселенский патриарх» Константинополя осознавал свое достоинство и без Запада. Понятно, что уния с Римом с высокой долей вероятности означала отзыв некоторых патриарших прерогатив, которые столичные архиереи получили именно в период обострения отношений с Апостольской кафедрой или даже уже после раскола 1054 г. А идти на уступки очень не хотелось. Кроме того, признав папу «христианнейшим», а римскую практику совместимой с Православием, патриарх утрачивал возможность претендовать на прерогативы Апостольской кафедры по «Константинову дару», которые, как указывалось выше, он считал уже «перенесенными» на свой статус вследствие ереси Римского епископа.