Франция в начале XVII века (1610–1620 гг.)

В конце сентября двор выехал из Пуатье на юг и 7 октября прибыл в Бордо. Еще 15 сентября стало известно, что Сен-Поль поссорился с Роганом и перешел на сторону короля, а за ним последовало и все тяготевшее к нему католическое дворянство Гиени. Поэтому гугенотские вожди, герцоги Роган и Лафорс не смогли собрать на юге армию, достаточную для того, чтобы преградить путь королю, хотя отряды гугенотских дворян были рассеяны по всей Гиени и ожидали прихода войск Конде.[646] Но поскольку общее дворянское движение в Гиени было сорвано благодаря переходу Сен-Поля на сторону короля, лишь часть дворян-гугенотов выехала за пределы провинции в армию принца. Большинство осталось на месте и затем позже, в марте — апреле 1616 г. приняло участие в местной войне с дворянами-католиками. Таким образом, в Гиени и вообще на юге[647] гранды могли рассчитывать лишь на гугенотские города, но те проявили в ту пору большой роялизм. Рогану с трудом удалось склонить на свою сторону лишь Монтобан,[648] а многие города вообще не пожелали иметь с ним дела.

Но это не остановило Конде. Главными трудностями в его походе на юго-запад были переправы через большие реки, для чего необходимо было брать силой города, в которых были мосты. На эти водные преграды и верность городов больше всего и рассчитывало правительство и все его сторонники, пренебрежительно относившиеся к военной мощи Конде. Но крупным козырем принцев было то, что во главе их армии стоял герцог Бульон, считавшийся лучшим французским полководцем того времени,[649] в то время как за главнокомандующим королевской армией маршалом Буадофеном не числилось никаких военных доблестей и талантов. Тактика Бульона заключалась в том, что он намечал наиболее благоприятный для переправы пункт и быстрым маршем подводил к нему свою небольшую, сравнительно с королевской, армию: Если комендант городской крепости (а почти во всех городах в ту пору еще были крепости) оказывался сговорчивым, городские ворота открывались перед армией Конде и она благополучно переходила реку но мосту. Если же городские власти отказывали в пропуске армии, Бульон немедленно направлялся к другому городу, и Буадофен вынужден был следовать за ним.[650] В конце сентября Бульон переправил войска через Марну в Шато-Тьерри, где ему беспрепятственно открыли ворота. Таким же способом он занял и Эперне на Марне. Дальше предстояла переправа через Сену. Его не пропустили ни в Мелене, ни в Монтеро, ни в Бре. Тогда он быстрым переходом отклонился на восток и перешел реку в ее верховьях, в маленьком городке Мери-сюр-Сен.[651] При этой операции Буадофену удалось разбить один из отрядов армии Конде, но помешать переправе он не смог. Перейдя Сену, Конде объявил себя и принцев правительством, стал силой собирать налоги и грабить королевских сборщиков и откупщиков. Для населения пришла пора жестокого разорения,[652] ибо и королевская армия грабила немало, хотя она: находилась в ином положении, чем армия принцев: Буадофен получал в городах продовольствие и с переправами через реки у него не было трудностей.