Воспоминания
- Автор: Дудаков Валерий Александрович
- Год: 2020
- Язык: русский
- Год: Пробел-2000
- ISBN: 978-5-98604-777-5
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Воспоминания». Краткое содержание книги:
Сейчас он, можно сказать, старейшина этого собирательского цеха. Четверть века проработав художником-оформителем, в том числе главным художником фирмы «Мелодия», он изменил в 70-е годы стиль оформления грампластинок.
Его давние отношения с выдающимися советскими композиторами Шостаковичем, Хачатуряном, Щедриным, музыкантами Гилельсом, Ростроповичем, дирижерами Светлановым, Рождественским позволили ему быть своим и в мире музыки.
В. А. Дудаков был в дружбе со многими художниками-нонконформистами, участвовал в их выставках в Горкоме графиков.
Искусствовед, автор пяти книг по искусству, сценарист и ведущий фильмов о художниках конца XIX – начала XX века, он также много и плодотворно пишет исследовательские статьи, участвует в поэтических сборниках. Его воспоминания – это эпоха, так недавно нами прожитая.
В формате PDF A4 сохранен издательский макет.
Особенно досталось работам Пикассо, хмуро выглядывавшим в щели «мраморов». Хорошо смотрелся зал Матисса – там «фокусов» не было, так же как и в зале Дерена. «Голубого» и «розового» Пикассо экзекуция тоже миновала. Найти этикетки к картинам было крайне сложно – играй в угадайку. И всю эту заумь дизайна осуществил архитектор по фамилии Асс. Ну и дела. Стонали зрители, кривились недовольные кощунством смотрители, недоумевали все, кроме руководства музея и его кураторов. Хуже экспозиции за шестьдесят лет своего хождения в музеи я не видел. Бежав на сей раз с Волхонки, я несколько раз позднее преодолевал первое впечатление, возвращаясь к самим превосходным работам, знакомым мне с отрочества.
До середины двадцатых чисел погода была теплая, часто до тридцати трех, поэтому старался почаще бывать на даче, одиночество успокаивало, конфликтовать не с кем, с Фабкой мы были в сердечной дружбе, псина ластилась и не отходила от меня ни на шаг. Президентское выступление 20 июня с ответами на вопросы слушал невнимательно, но, когда оно коснулось ГМИИ, был рад, что в ответ на пожелания Лошак вернуть работы С. Щукина в его бывший особняк Путин жестко указал ей ее место и способность министра обороны решать также и музейные проблемы в случае необходимости. Происходило это публично, беспомощность Лошак видели миллионы. С ее приходом в музей, да еще в качестве гендиректора, человека, не написавшего ни одной статьи, кроме предисловий к каталогам, ни единого исследования, не способной на это, но цепкой, поддержанной наиболее оголтелой сворой антипатриотов, будь то олигарх Смоленский, неясный мне покровитель галереи «Проун», или Швыдкой, на деле закрылся на долгие годы отдел частных коллекций, прекратилось общение с наиболее крупными собирателями, все внимание обращено на спонсоров, выставки измельчали.
Неясно, что делать с реконструируемыми зданиями для музея, что там выставлять. Опять гипсы? Что говорить о бывшем Дворянском собрании или центре Рериха, отданных музею на откуп. По моему мнению, сложившееся положение не только в ГМИИ, но и со многими московскими музеями из рук вон плохо. Способ выразить свое отношение к этой проблеме я выбрал стихотворный. Так родилась «Ода директорам», вызвавшая сенсацию, отклики одобрения.
Неожиданно нашел я понимание у Петровой и Киблицкого из Русского музея. Оказывается, они давно хотели меня навестить. Мы встретились, я показал коллекцию, беседа была дружеская, их интересовали «маковчане» – Чекрыгин, Жегин, Пестель – для грядущих выставок. Сидели долго, расстались тепло.
Тиражи последних книг «Кони мои. Славься, страна» и «Краски и слова» надо было как-то популяризировать. Первая с критикой режима и его носителей, вторая – только о художниках. «Политическую» брали с опаской, «художническую» хвалили. Этими книжками я был откровенно доволен. Но квартира – запасники, лоджия, полки, галерея – были переполнены. Четырехтомник «Избранного», тридцать книг «Белой серии», и то и другое по триста экземпляров, альбом «Символизм» в три тысячи тираж, монография о Б. Свешникове в тысячу экземпляров, сборник стихов «Киото Гарден» и незначительное количество книги стихов для внуков. В каждое выступление я раздавал по тридцать-сорок книг, не считаясь с затратами, бесплатно. Писать автографы уставала рука.
В начале июля в Горках Ленинских открылся двухдневный фестиваль якобы джаза. Вспомнив, что когда-то такой мы видели в Архангельском, и понравилось, решили съездить с Мариной и нашими французскими друзьями. Оказалось крайне неудачно. Погода постепенно портилась, такой она была и весь июль. Психоделический джаз наводил тоску, хуже всего оказалось выступление Сюткина с заезженным «ретро» (при чем тут джаз), оркестр его «лабухов»-бездарей, безголосье и не-музыкальность самого «героя». Не попадал в тональность, срывал верхние ноты. Публика же, «нимфетки» и «старые дуры», пустились в пляс. Такого позора мы не выдержали и дружно ретировались. На обратном пути удивила аллея «Ильичей» разного авторства, включая известных скульпторов-академиков, от мраморных до бетонных. Зрелище жутковатое – «толковище» Ильичей.