![Мужество любви [Автобиографический роман] - Читать Любимую Русскую Полную Книгу 👉 Read-E-Book.com](/uploads/posts/books/5/2/6/9/0/muzhestvo-lyubvi-avtobiograficheskij-roman-download.jpg)
Мужество любви [Автобиографический роман]
- Автор: Дьяков Борис Александрович
- Год: 1982
- Язык: русский
- Год: Современник
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Мужество любви [Автобиографический роман]». Краткое содержание книги:
Зал притих.
— Напугала! — послышался голос в первых рядах.
Кто-то засмеялся.
Короткова скрылась за полой занавеса.
— Вот это номер! — Я взглянул на Свэнова.
— Ну и богиня мудрости! — закачал он головой.
Первая картина прошла вяло. Артисты после такого «выступления» были скованны. В зале — робкие хлопки. Но затем до конца спектакля аплодисменты не смолкали.
В ложу вошел Энгель-Крон.
— На «пролог» Коротковой — ноль внимания! — сказал он. — Есть, к вашему сведению, категории людей, которые говорят и делают, а потом думают.
На другой день Короткова позвонила мне по телефону.
— Поздравляю, Борис! Делегатам спектакль понравился.
— Приятно слышать.
— Выпускаем на зрителя… Я познакомилась с новым первым секретарем обкома товарищем Чуяновым. Он работал инструктором в аппарате ЦК. Впечатление, скажу тебе, великолепное!.. Между прочим, он хвалил, что выращиваем своего драматурга. Это — о тебе, чуешь?
Она засмеялась и повесила трубку.
За рубежом сгущались тучи войны…
После того как Германия захватила Австрию, в Мюнхене состоялось совещание Гитлера, Муссолини, премьер-министра Англии Чемберлена и премьер-министра Франции Даладье. Они сговорились расчленить Чехословакию и передать ряд ее районов Германии. В Чехословакии была объявлена всеобщая мобилизация.
Потерпела поражение республиканская Испания.
Все говорило о том, что пламя мировой войны разгорается.
Были беды и в нашей стране. Ушел из жизни Серго Орджоникидзе… При испытании самолета погиб великий летчик Валерий Чкалов… Незадолго до XVIII съезда партии скончалась Надежда Константиновна Крупская… Такие потрясения на какое-то время выводили из строя, оставляя шрамы в душе. Но горе сменяется счастьем, как ночь — утром. Сердце у тебя снова горячо бьется, и ты опять за рабочим столом, опять в строю.
Десятого марта 1939 года открылся XVIII съезд партии. Он перед всем миром сорвал маски с мюнхенских агрессоров. Рассмотрел план третьей пятилетки, повышавший индустриальную и оборонную мощь государства… Было осуждено формальное, бездушно-бюрократическое отношение к судьбам коммунистов, резко критиковались клеветники и карьеристы, порочившие ленинские кадры партии.
Не прошло недели после возвращения со съезда сталинградских делегатов, как часов около одиннадцати вечера мне позвонили из обкома. Просили, если могу, прийти сейчас к товарищу Чуянову.
— Так поздно? — встревожилась Вера.
— Часы у первых секретарей и ночью показывают дневное время.
В кабинете уютный полумрак: горела настольная лампа под зеленым абажуром. Знакомая обстановка. Чуянов — в сером костюме и цветной сорочке с галстуком — выглядел моложаво, хотя лоб избороздили морщины. Темные волосы с аккуратно расчесанным набок пробором, вдумчивый взгляд карих глаз, сомкнутые тонкие брови придавали лицу строгое выражение.
Беседа завязалась сразу.
— Тут вот в чем дело, — сказал Чуянов, когда я сел в кресло перед его столом. — В обком поступило письмо тракторозаводцев. Просят поставить в нашем театре спектакль об обороне Царицына. Прочтите!
Он протянул мне лист бумаги с множеством подписей. Я увидел фамилии Левандовского, Талалаева, Хамета Абубекерова…
— Замечательно, что строители тракторов находят время интересоваться искусством, вмешиваться в него! — сказал я.
— Возьметесь за такую пьесу?
— Признаться, у меня задумка уже возникала…
— Тем лучше! Желания совпадают.
— Но хватит ли силенок?
— Не боги горшки обжигают. Изучите материалы, поговорите с участниками обороны… Пригласим вам в помощь столичного драматурга самого высокого ранга!
— Не надо.
— Отказываетесь?
— Если уж писать пьесу, так местными силами. Об этом и тракторозаводцы просят.
— У вас есть кто на примете?
— Есть. Пенкин Михаил Степанович — ваш инструктор по печати. Раньше был уполномоченным Главреперткома.
— Да, да, да! Знаю, знаю… Толковый товарищ. А вот как он насчет драматургии?
— Театральный критик. Содружество обещающее. Думаю, возражать не будет, тем более что он сам говорил о творческой помощи.