Моментальные записки сентиментального солдатика, или Роман о праведном юноше
- Автор: Юхананов Борис Юрьевич
- Год: 2015
- Язык: русский
- Год: Бертельсманн Медиа Москау
- ISBN: 978-5-88353-661-7
- Жанр: Современная русская и зарубежная проза
Электронная книга - «Моментальные записки сентиментального солдатика, или Роман о праведном юноше». Краткое содержание книги:
Хочется взять в руки иголку и идти по миру, «украшая» человечество!.. А что еще, в принципе, и нужно этим ребяткам — лет в пятьдесят, этак, в шестьдесят в кругу семьи: «Смотри, сын мой, на эту розу, я вырастил ее в далекой молодости, в бытность мою солдатом».
«Никита, а что ты читаешь?» — «Былое и думы». — «О! Тяжелая книжка, в юности она мне не пошла — не люблю с детства рыбий жир…»
Утром фантастический эффект (крепчайший мороз — кожа твердеет дермантином) и фиалковые головки фонарей в пульсирующих радужных овалах. Медленно рассеивается туман, высветляется синь, и солнце начинает растекаться по небу, как кусок недостижимого желтого качественного масла, ублажающего сковородку.
А потом я мотался по клубу…
Библиотекарша:
— Мой муж тоже писал стихи. И тоже мне писал целые письма в стихах. Он жил в Горьком, я — в Ленинграде. Но перечитывать не хочется почему-то. Я первое мужа письмо помню наизусть, всё. Ой, такое злое письмо, такое злое… Ой, в Ленинграде — это были самые лучшие годы, ой, но вспоминать почему-то не хочется и перечитывать. Потому что, как начнешь перечитывать, и оказывается, что и без всего все так явственно помнишь, ой. А сейчас он совсем, совсем другой стал. Это все — армия. Мой муж, чем он только ни интересовался!.. Нет, он был совсем, совсем другой… Ой, который час? Ой, уже надо бежать, уже надо бежать готовить. Сейчас мои девицы придут из школы. У вас тоже будет не хватать времени. Мне удается читать только журналы, только журналы, ой! Я вам даю эту книжку, потому что вы взрослый человек, но прошу вас, не показывайте ее, ни в коем случае не показывайте ее солдатам. Это такая обнаженная проза, ему — восемнадцать, ей — пятьдесят, и так здесь все гурмански описывается, мне было неприятно… Я побежала… Только, пожалуйста, оберните ее, увидят это название, подумают — сказка и стащат… Они же — дети. Здесь, между прочим, в армии, даже офицеры как дети, никакого реального отношения к жизни, впрочем, иначе бы здесь просто не смогли жить. Все, я побежала… Я ее вам не записываю, потому что надеюсь, что вы мне ее уже завтра принесете. Читается очень быстро и легко, но мне она была неприятна… Может быть, оттого, что у меня у самой дети. Ох… До свидания… Ой, чуть не забыла главное — в пятницу в школе конкурс чтецов, и они просили, чтоб вы пришли туда в жюри и еще что-нибудь чтоб им прочли — все что угодно…
— Да-да, конечно, я уже знаю. Всего доброго, Ольга Владимировна. К завтра непременно прочитаю… Не волнуйтесь, я просто не буду с ней расставаться, вот так вот сюда, видите, так и буду в кармане ее носить… Вот и все проблемы… До свидания, Ольга Владимировна, еще раз вам спасибо, я ее даже оберну для конспирации…
Февраль,
Золотишком посверкивая
В небесной голубизне,
Снежком попыхивая,
Шажками мелкими
Прогуливается по земле.
А за окном — стволы,
Как туловища
В корявых одежах веток,
И спящее медное чудище,
Обблевавшееся светом.
«Извлечь вечное из безнадежно ускользающего, преходящего — величайшее волшебство доступное смертному», — Т. Уильямс.
«Трагедия — яростное столкновение идеалов».
А за окном — тишайший день,
Елки да сугробы,
А за стеною блямкает детишка на фоно,
Мне, впрочем, все равно,
Но я сейчас попробую
Усядусь поудобнее,
Не вспомню, так придумаю,
Как я гонялся за мечтой
Или она за мной.
Ну оно же визжит, это зимнее ощерившееся светило и словно вкручивает нам в морды свои горящие растопыренные ладони! Взвинченное солнце…
— Сосна вся в клочьях!
— Да это же ветви ее!
— Нет, вся в клочьях она!
Это рыжетелая женщина с юга
Залетела сюда,
А здесь вьюга.
— Выкопали — что? Яму?
— Трубу откопали, но еще надо копать.
Блестят резиновые сапоги умытыми хрустальной струей тупыми черными физиями…
— Трубу откопали! Строиться на обед!
— Никита, а где ты был?
— В клубе…
— В клубе. Здорово!
— Привет.
Я опять в библиотеке:
— Мне щас не до помад, и вообще, нет жизни на Земле. Я щас бегу, бегу, подбегаю я к дому и думаю: жива еще. Только на каплях, все на каплях…
— У кого «Богач-бедняк»? Вы оставьте его…
— А! У Кузьминой.
— A-а, у моей «приятельницы» — люблю я ее жутко. Слушайте, нам сегодня сказали, что после съезда деньги меняться будут.
— Пусть меняются, у меня их нет.
— Ой, сердце у меня… Так и сама…
— Ну, ты успокойся, посиди щас со мной, душу отведешь и успокоишься. А сегодня я хотела к тебе вечером пойти, сын-то уехал…