Революционная народническая организация "Земля и воля" (1876 – 1879 гг.)
- Автор: Ткаченко Петр Семенович
- Год: 1961
- Язык: русский
- Год: Государственное издательство «Высшая школа»
- Жанр: История
Электронная книга - «Революционная народническая организация "Земля и воля" (1876 – 1879 гг.)». Краткое содержание книги:
Основные положения программы «Земли и воли», как писали Попов, Фроленко, остались неизменными, расширена была деятельность дезорганизаторской группы[747]. В действительности, по свидетельству Плеханова, спор шел о том,
«продолжить ли революционные „бунтарские“ попытки в народе или, махнув рукой на народ, ограничить революционное дело единоборством интеллигенции с правительством»[748].
При обсуждении первого вопроса о программе «Земли и воли» не было внесено существенных изменений. Центр тяжести практической деятельности оставался по-прежнему в деревне. Пункт об аграрном терроре был принят единогласно (ему, как особой форме агитации в деревне, отводилась большая роль). Аграрный террор не преследовал политических целей. Введение его в программу, как правильно заметила В.А. Твардовская, было попыткой оживления деятельности в деревне с помощью новых форм, попыткой организации в деревне «крупного и яркого дела». Для «деревенщиков» аграрный террор должен был служить и средством борьбы с растущим влиянием нового направления, в частности с такой его формой, как политический террор[749].
Обсуждение вопроса о политическом терроре явилось яблоком раздора между землевольцами. Против террора резко выступил Плеханов, доказывающий вред дезорганизаторской деятельности.
В результате обсуждения программы о дезорганизаторской деятельности 19 июня 1879 г. в Воронеже было принято следующее обязательное постановление съезда «Земли и воли»[750].
«Так как Русская народно-революц(ионная) пар(тия) с самого возникновения и во все время своего развития встречала ожесточенного врага в русском правит(ельстве)[751], так как в последнее время репрессалии[752] правительства дошли до своего апогея[753], съезд находит необходимым дать особое развитие[754] дезорганизацион(ной) группе в смысле борьбы с правительством, продолжая[755] в то же время и работу в народе в смысле посел(ений) и нар(одной) дезорганизации»[756].
Анализируя это решение съезда, В.А. Твардовская приводит свидетельства О.В. Аптекмана, М.Р. Попова, В.Н. Фигнер и Л. Тихомирова, которые, каждый по-своему разъясняли постановление съезда о дезорганизаторской деятельности. Ссылаясь на записанную Н.А. Морозовым резолюцию съезда и воспоминания участников его, В.А. Твардовская заключает, что решение съезда относится лишь непосредственно к дезорганизаторской деятельности, что решение это не выходило за рамки землевольческой программы[757]. Однако, несмотря на компромиссный характер решения съезда, В.А. Твардовская не учитывает специфики записей Н.А. Морозова и не анализирует все постановления съезда.
В предисловии к сборнику «Архив „Земли и воли“ и „Народной воли“» С.Н. Валк убедительно показал, как благодаря цифрам голосования мы в состоянии судить «о той борьбе, или, вернее, отсутствии серьезной борьбы, которая имела место на съезде», что «резолюция об особом развитии» борьбы с правительством была принята единогласно, хотя при голосовании вопроса о терроре в более решительной формулировке «преобладания террора (см. № 4) большинство уменьшилось до 13 (из 19) голосов». Как раз сохранившиеся заметки Н.А. Морозова «дают твердую опору для… критики мемуарных показаний»[758].
Если учесть, что часть заметок Н.А. Морозова сделана им позднее Воронежского съезда и относится ко времени образования народовольческой организации, то станет ясным, почему требуют критического отношения свидетельства участников съезда, на которые ссылается в своей статье В.А. Твардовская. Заметим также, что запись результата голосований на съезде относилась не только к вопросу о терроре, но и о административном центре[759]. Следовательно, и при компромиссном решении «политики» имели значительные успехи в осуществлении своих планов завоевания «Земли и воли». Да и состав съезда был таков, что, по мнению Л. Тихомирова, «решение… могло быть только компромиссом»[760]. Были сделаны оговорки, что террор допускается лишь в важнейших, исключительных случаях и на него нельзя затрачивать больше 1/3 средств партии. Однако было ясно, что
«это только временная уступка со стороны „террористов“, что их деятельность в конце концов поглотит даже и те средства, которые они согласились предоставить в распоряжение „бунтарей“. Разрыв стал неизбежен»[761].
747
М.Р. Попов. Записки землевольца, стр. 216. М. Фроленко. Указ. примечание, стр. 126.
748
Г.В. Плеханов. Соч., т. IX, стр. 19.
749
В.А. Твардовская. Воронежский съезд землевольцев, стр. 36.
750
«Архив „Земли и воли“ и „Народной воли“», стр. 150.
751
Зачеркнуто «и в его агентах».
752
Зачеркнуто «реакция».
753
Зачеркнуто «съезд постановил».
754
Зачеркнуто «террористической», вставлено и зачеркнуто «городской».
755
Вставлено вместо зачеркнутого «не оставляя».
756
«Архив „Земли и воли“ и „Народной воли“», стр. 150.
757
В.А. Твардовская. Воронежский съезд землевольцев, стр. 40. Заметим, что В.А. Твардовская называет Тищенко председателем Воронежского съезда. Однако Дейч ссылается на сообщение М. Фроленко о том, что «председателя на съезде не выбирали, не мог быть им Тищенко». См. Л. Дейч «Черный передел». Историко-революционный сборник, т. 2, стр. 301.
758
С.Н. Валк. Предисловие к указ. сборнику, стр. 16 – 17.
759
«Архив „Земли и воли“ и „Народной воли“», стр. 151.
760
К биографии А.И. Желябова и С.Л. Перовской. «Былое», 1906, стр. 114.
761
Г.В. Плеханов. Соч., т. IX, стр. 19.