А. С. Хомяков – мыслитель, поэт, публицист. Т. 2 [litres]

Аналогично формализации и символизации католицизма кушитское начало действует и в государствах. Чем более центральная власть формализует и символизирует себя, тем более она становится кушитским началом в государстве. У народов, имеющих иранские корни, такая кушитская власть может разойтись в устремлениях с иранской самобытностью народа.

Из единой иранской семьи народов вышли древний Израиль, индийский брахманизм, «Зердушту», воинственный эллин, турок, германец, кельт, славянин. Хомяков утверждал «за славянами бесспорное первенство перед всеми другими выходцами из Ирана, заселившими пространство Европы» (391). Ваны (славяне) в союзе с азами-аланами властвовали в Скандинавии (365). «Побежденные, изгнанные, порабощенные славяне были в одно время тружениками и просветителями дикой Германии» (365). Однако славяне были мирными землепашцами, а германцы – воинственными завоевателями; в конце концов «мир славянский погиб, сокрушенный дикарями лесов германских и кельтских и образованною силою Эллады и Рима» (353).

До призвания князей, по преданиям, жизнь славян была жизнью мирных землепашцев: «Простая жизнь труженика-землепашца, тихий быт семейный, отсутствие каст аристократических и жреческих: вот характеристика венеда, не подвергавшегося сильному влиянию чужого племени» (257). Здесь проявился утопизм Хомякова: славяне живут по всей своей земле мирными семьями (шире – общинами землепашцев); у них нет ни аристократических, ни жреческих каст (нет ни светской, ни церковной иерархии, нет царей). Славянин – не монархист, а прирожденный демократ: «Мы будем, как всегда и были, демократами между прочих семей Европы; мы будем представителями чисто человеческого начала, благословляющего всякое племя на жизнь вольную и развитие самобытное» (99). А если князья и цари появлялись у славян, то лишь путем призвания, избрания. Для иранцев, в том числе и для славян, характерно отсутствие сильных, централизованно управляемых государств; соответственно отсутствие сильных монархов самодержцев. Такая жизнь славян реализует их иранское начало, т. е. жизнь под знаком свободы.