А. С. Хомяков – мыслитель, поэт, публицист. Т. 2 [litres]

Точно так же схематичны, а потому неточны и неопределенны его красивые богословские рассуждения о Церкви как живом организме любви и истины, о том, что «вера – это Дух святой, накладывающий свою печать на верение». Уж точнее было бы сказать, что вера – это печать Святого Духа, накладываемая на убеждение, орган познания невидимого Царства Христова и убеждения в будущих небесных благах.

Конечно, все христиане призываются Господом Иисусом Христом к свободному исследованию истины Писаний. Но истина в Церкви достигается не просто соборно, в смысле совместно, а кафолично, в апостольской иерархии и преемственности служения. История Церкви показывает, что успешно богословствовали только епископы, иереи и диаконы, а также равноапостольные императоры. Даже монахам было запрещено заниматься публичным богословием. Миряне могли иметь только мнения, причем согласованные с церковным вероучением. Именно так в послушании иерархии, соборам и Преданию сохранялось единство Православной Церкви, а не в формальном «начале деятельной любви». Западная Церковь потому и раскололась, что на основе революционного принципа самовластия вменила частное мнение в общецерковную истину. Сначала папа присвоил себе заслуги, истину и праведность Христа, а потом сделал такими же узурпаторами, раскольниками и еретиками католиков, выдавая им индульгенции. Протестанты продолжили эту духовную революцию и дошли до логического конца – до утраты веры в Господа Иисуса Христа.

Прав был В. С. Соловьев, который подметил, что, обличая католичество и протестантство, А. С. Хомяков имеет дело с конкретными историческими явлениями, между тем как Православие рассматривалось им не в исторической обстановке, а в том идеальном представлении, которое составили о нем славянофилы. Поэтому справедливо сопоставление А. С. Хомякова с Ж. де Местром в «мирском богословии» с их произвольными мнениями.