Кастелау [litres][Kastelau]

Вторую коробку я открывал с той же тщательностью, но на третьей, уже не в силах сдержать нетерпение, попросту отодрал ленту. Но и в этих коробках ничего, кроме обрезков, не нашлось.

Зато в четвертой…

Как назвать то, что я испытал? Торжество? Облегчение? Счастье? Пожалуй, все это вместе и нечто гораздо большее. Удовлетворение.

В коробке была катушка – весь фильм целиком с оптической звукозаписью. Вероятно, это и был результат монтажа, сделанного по приказу Курта Прагера. И по подсказкам Вальтера Арнольда.

То самое доказательство, которое я столько лет тщетно искал.

Во всех остальных коробках тоже оказались только остатки и обрезки. Я живо представил себе, как трясся монтажер, боясь, что его уличат в хищении хотя бы сантиметра пленки, принадлежащей не кому-нибудь, а американскому правительству. Кто двенадцать лет прожил под диктатурой, тот от новых, пришлых властей тем более ничего хорошего ждать не станет.

Своего монтажного стола у меня нет, но это пустяки. Мы, горстка сумасшедших, кому старое штучное кино куда интереснее нынешнего конвейерного ширпотреба, привыкли выручать друг друга. Вечером того же дня я уже заряжал пленку в проектор.

Никакого названия, разумеется, ни «Кастелау», ни «Песнь свободы». Им в спешке было не до таких мелочей. 72 кадрика черного экрана, а затем долгий безмолвный план с заснеженными руинами крепости. Вероятно, снято про запас для окончательного монтажа.

Первая сцена: обер-лейтенант Бодо фон Шваненбург и фельдфебель Буфф встречаются на холме, на той самой высотке, которую им предстоит оборонять от неприятеля. Рядом с пухленьким уютным Августином Шраммом молодой Вальтер Арнольд неожиданно оказался совсем худышкой. Неожиданно для меня, ведь я-то знал его по более поздним американским картинам, уже как Эрни Уолтона. Там он, что называется, заматерел и выглядит скорее массивным, причем не очень понятно, то ли это мускулы, то ли просто жирок. Здесь же он смотрелся стройным юнцом, можно сказать, почти танцором. Одним словом, привлекательный молодой человек, которому, впрочем, слишком часто говорят, до чего он привлекательный.

Или это все моя пристрастность высматривает в нем изъян за изъяном? Но он ведь жизнь мою разрушил – тут трудно сохранять объективность.

Операторская работа выполнена очень профессионально. Никаких тебе вычурных экспозиций, которые нынче в такой моде во всевозможных киношколах, – только строгие, чисто выстроенные кадры. Видимо, Матиас Хаук и вправду знал толк в своем деле. (Список фильмов, в которых он для «Баварии» работал, хоть и не слишком велик, но все это солидные картины.) Приятно удивило качество монтажных стыков, хотя снималось-то все без режиссерского сценария. Хаук, должно быть, это учитывал и поэтому особенно старался. Отсутствие музыкального фона только усиливало визуальный ряд.