Терроризм смертников. Проблемы научно-философского осмысления (на материале радикального ислама)

2. Почти параллельно в рамках ханафитского мазхаба самаркандский богослов Абу Мансур аль-Матуриди (ум. в 944 г.) сформулировал позицию, очень близкую ашаризму, отличающуюся лишь в некоторых тонкостях. Поскольку сама теория присвоения уже представляет собой головоломку, в которой легко запутаться, учение Матуриди в сравнении с взглядами Ашари излагается неодинаково и имеет разные интерпретации.

Не вдаваясь в детали, можно заметить, что Матуриди и его ученики, полемизируя с Ашари, попытались чуть расширить островок человеческой свободы в океане безграничного всемогущества Бога. Согласно Ашари само могущество или способность присваивать действия, которое создается в соответствии с желаниями человека Богом, также каждый раз творится Богом в человеке, что означает, что даже воля и выбор человека между альтернативами некоторым образом зависимы от Всевышнего. Матуриди тоже считает, что способность к действию творится Богом непосредственно перед тем, как человек собирается совершить соответствующее действие, но человек всегда обладает свободой выбора и свободой присвоения[441]. Последнее означает, что присвоение — это односторонний акт человека, который независим от Божественной воли. Таким образом, Бог творит именно то, чего твердо желает человек, создавая тем самым сферу автономной свободы.

Возможно также, различия между двумя богословами проходят в том, что Ашари даже желания и устремления души человека ставил в зависимость от воли Всевышнего, к чему Матуриди был явно не склонен[442]. В пользу этого мнения можно привести веский аргумент. В классическом сочинении «Разъяснение основ вероисповедания» («Лль-Ибана ан Усуль ад-Дийана»), приписываемом Ашари, отчетливо проводится мысль о том, что воля Бога первична в озарении человека светом веры и даже неверие и грех сотворены в человеке Богом[443]. Неверие возникает из-за того, что Аллах лишает Своей поддержки и не наставляет на прямой путь, тогда как наставление на прямой путь есть Божественная милость для избранных[444]. Это мнение отчасти сближает мусульманского ученого с учением о предопределении Блаженного Августина, но в большей степени с протестантской доктриной Кальвина об извечном и окончательном предопределении Бога, разделившем всех людей на предназначенных к вечной жизни и обреченных на вечное осуждение.

3. В рамках строго консервативного ханбализма сложилась другая ортодоксальная интерпретация, значительно отличная от ашаризма-ма-туридизма, которую можно назвать салафитской, поскольку она легла в основу современного ваххабизма, одного из влиятельных салафитских течений, в европейской терминологии часто относимых к разряду «религиозного фундаментализма». Ее истоки восходят к сочинениям средневекового богослова Ибн Таймиййи (ум. в 1328 г.), полемизировавшего с ашаритами и отвергавшего теорию «присвоения».