Наш знакомый герой

Сейчас, вспоминая все это, я даже сомневаюсь: было ли такое? Хочется сказать самой себе: этого не может быть, ври, да не завирайся. А если оно и было, то как мы могли, не только я, но и умная сильная Туча, хоть секунду относиться серьезно к этим людям? А вот могли. Наверное потому, что эти люди сами уж слишком серьезно к себе относились, а в молодости, и не только в молодости, это действует и на других. Дело не в том, что эта компания была злом, — опасность ее была в том, что зло было как бы эстетизировано, возведено в принцип, идеализировано, оно было беспричинно, не преследовало никакой видимой выгоды, а потому разобраться было совсем не так легко, как кажется.

Еще Туча терпела их потому, что совсем не была влюблена в Пашу Сергеева, хотя и готова была к этому. Любовь гораздо более ранима, чем простое человеческое сочувствие. Любовь легко оскорбить, уязвить, сочувствие же может быть беспредельно.

Сразу после больницы Паша уехал в деревню. Куда — Туче не сказали. Она продолжала навещать его друзей в надежде узнать его адрес, но вскоре узнала совсем другое.

В тот раз мы были у них вместе. Эти негодяи без зазрения совести опустошили сумку с продуктами, которые Туча несла бабушке, и, пожирая ее колбасу, сообщили, что Паша женился там, в деревне, на сельской учительнице.

— Так что некоторые остались с носом, — сказала Галя.

— «Напрасны ваши совершенства, их вовсе недостоин я», — добавила Тамара.

Они упивались своим превосходством, а потому не заметили маневров Тучи. Она же взяла из своей сумки милостиво оставленную там бутылку с молоком, открыла ее и аккуратно, как цветочки, полила Галю с Тамарой.