Наш знакомый герой

Таким образом, совсем не будучи сплетницей, она явилась причиной множества ссор и склок на курсе. Ленкины родители были профессорами университета, а дедушка даже академиком. У меня часто мелькало недоброе чувство, что Ленка занимает чье-то чужое место, и пусть бы она соперничала со своими профессорскими детьми и не лезла в дела простых людей.

А тогда, в доме у Тучи, нелюбовь моя к Ленке возросла еще сильнее, потому что какое право имела эта фифа помогать в беде моей подруге, оттерев меня? Знала бы свое место.

Но Ленка не желала знать свое место и вообще ничего знать не желала. Как я теперь понимаю, она одна не замечала моих отдельных отношений с Вадимом и совсем не нарочно, не с целью подразнить меня завела тот памятный разговор.

— Тебе было, наверное, хорошо там, на юге, — сказала она, — но я бы не хотела поменяться с тобой. Папа звал меня отдыхать в Болгарию, но я, умница такая, отказалась. Как будто чувствовала… как будто знала. Предчувствие — великая вещь. Хотя разве могла я предчувствовать такое счастье? Я раньше думала, что готова отдать десять лет жизни, лишь бы он хоть единственный раз поцеловал меня. А тут — такое.

Какой «он» мог быть у Ленки? Наверное, такой же краб, как и она, а когда они целовались, то стучали, наверное, очками, так что искры летели. Помню, как я ухмыльнулась, ища взгляд Тучи, чтоб добиться и от нее ответной ухмылки, но Туча на меня не смотрела, она краснела, кашляла, чихала, делая это столь умело, что я долго не могла сообразить, что значат этот чих и кашель.

— Влюбилась, старушка, — покровительственно похлопала я Ленку по плечу, — и в кого же это, солнышко?

— Как в кого? — возмутилась Ленка. — Как в кого? Уж ты прежде всех должна была заметить! Я же почти и не скрывала.

Побагровевшая Туча выскочила из комнаты.

— В Вадима, конечно, — осветившись, гордо и радостно сказала Ленка.

Надеюсь, продолжения не нужно. Да я и не могла бы вспомнить сейчас продолжение этого эпизода, как почти не помню целого года своей жизни, случившегося после этого Ленкиного признания.

Договоримся сразу: обвинять Вадима или утверждать, что он женился на Ленке из выгоды, я не стану. Надо было видеть ее лицо в момент этого дурацкого признания, чтоб понять, как она любила его. Надо вспомнить, как она, неразумное дитя, столь зорко и разумно разглядела Вадима и его семью, как готова она была полюбить все, что его окружало, а потому оказалась мудра и права.

Но в тот день, тогда у Тучи, я, кажется, что-то со слезами ей заорала и она тоже заплакала, а потом куда-то пропала, и я очнулась на мягкой Тучиной груди. Туча тоже плакала, утешая меня, умоляя ничего не выяснять у Вадима, потому что это больно и бесполезно. Я, к счастью для себя, последовала Тучиному совету. Да и какие права на него были у меня? То, что он меня любил? А любил ли? Ведь я, боясь продешевить, удерживала его даже от лишних объяснений, боясь, что сразу после его объяснения мне придется давать прямой ответ и либо выходить за него замуж, либо терять его. Ах, он все равно должен был любить меня, потому что таков закон любви: любить свою даму, что бы ни получать в ответ. Да, согласна, именно о такой любви мы читаем в романах. Ярлык — Любовь Идеальная. Может быть, и скорей всего, идеальная любовь существует, но для этого надо иметь идеальный объект любви, которым я не была. А летние мои похождения? Впрочем, я рассчитала, что мои летние похождения могут мне даже помочь. Это я сама, сама, первая бросила Вадима. Я!