Наш знакомый герой

Сверстники считали их сильными, побаивались их и заискивали перед ними. Но сила их заключалась главным образом в наглости и беспардонности. Каждый из них в отдельности не был таким уж наглым, но в компании — другое дело. Компания развязывает руки слабому, создает свои внутренние закончики, окрыляет людей чувством собственной правоты там, где ни о какой правоте не может быть и речи.

Как я уже говорила, эти ребята были, в основном, из других городов, из обеспеченных и, очевидно, довольно интеллигентных семей, если считать интеллигентностью профессиональную принадлежность их родителей. Но ведь Пашину маму с диссертацией тоже можно считать интеллигенткой, а? По свободе, какой пользовались эти ребята, по тому, как мало они говорили о родителях и как редко те появлялись на сцене, можно было заключить, что родители у них не самые любящие. Помню, один мальчик из этой компании с грустным цинизмом констатировал, что денежных переводов он получил из дома в три раза больше, чем открыток (открыток, а не писем!).

Судя по их эрудиции, когда-то родители ими занимались, вместе с кашей вкладывая в них знания и внешний лоск, но каких-то моральных правил, потребностей в моральной чистоплотности никто в них не вложил. Претензии, высокомерие, требовательность к другим — это сколько угодно, к самим же себе — безграничная любовь и доверие. Нет, нет, они не были не-воспитаны — они были  и с т е р и ч е с к и  воспитаны, воспитаны от случая к случаю, как бог на душу положил, для внешней жизни, по верхам.

Какие-то растяпы, то ли от лени сопротивляться, то ли по доброте душевной, сдали им, надолго уехав за границу, свою двухкомнатную квартиру вместе с мебелью и всем имуществом. Они налетели на эту квартиру, как стая воробьев на опустевший скворечник, и, оглушительно чирикая, устроились там жить. Несколько раз мы с Тучей всерьез обсуждали, не являются ли люди, сдавшие квартиру, лютыми врагами этой компании. Дело в том, что так все загадить, перебить, переломать можно было только нарочно, не случайно. В одной комнате жили парни, в другой — девицы, но разницы не было никакой, разве что у девиц было еще грязнее. Они ни разу не мыли пол, мало того, даже не подметали, хотя стряхивали куда попало пепел, а недопитый чай и недоеденный суп лили себе под ноги. Не было бы ничего удивительного, если б эти ребята вели какой-нибудь там деградантский образ жизни, пьянствовали или без удержу развратничали, но ничего подобного не было. Да и сами они были чистенькие, выхоленные, прекрасно одетые. Вот в эту квартиру зачастила Туча, пытаясь хоть так приблизиться к Паше Сергееву, узнать, что с ним теперь и как. Для этого Туче приходилось даже соблюдать видимость дружбы с двумя жившими там девицами — Галей и Тамарой.