Начало Руси. 750–1200

Район, в котором строительство велось наиболее интенсивно и на котором более всего сосредоточились заботы Владимира, лежал прямо на юге от его столицы (см. карту 6). Непосредственно к югу от Киева был возведен «змиев вал», преграждавший проход между речкой Ирпенем и Днепром. Основная оборонительная линия проходила южнее и использовала преимущества крутого левого берега Стугны. Сама река в нижнем ее течении являлась достаточной преградой для живущих грабежом кочевников. «Змиев вал» начинался в том месте Стугны, которое находилось всего в «трех часах быстрой езды» от Киева.[316] Обогнув Стугну, вал шел дальше на запад и упирался в речку Ирпень, заключая Киев в своего рода треугольник, а затем поворачивал на северо-запад, доходя до самого Тетерева. Этот «змиев вал», когда в начале XI в. он был наконец достроен, растянулся на расстояние 100 километров.

Две другие оборонительные линии шли от берега Днепра на запад, огибая с двух сторон Витичев, заново укрепленный отправной пункт для судов русов, которые отплывали в Византию. На этих внешних линиях валов почти не было крепостей, да и вообще «змиевы валы» не замышлялись как сооружение, постоянно охраняемое людьми.[317] Скорее они предназначались для того, чтобы замедлить приближение конницы кочевников, лишая их преимуществ неожиданного нападения. Валы были не очень высоки — в среднем 3,5–4 м, перед ними были вырыты рвы двенадцатиметровой ширины, не позволявшие даже самым сноровистым коням с разбега перемахнуть через вал. Петляющие внешние ряды «змиевых валов» не давали кочевникам быстро уйти с награбленной добычей, и они рисковали оказаться в ловушке у преследователей. Для того, чтобы успешно вести погоню, русам нужно было держать лошадей, хорошо ездить верхом и находиться неподалеку. В крепостях, вереницей растянувшиеся вдоль Стугны, могли быть расквартированы отряды конницы, а конница из Киева могла подоспеть в считаные часы. Личное участие Владимира в создании новых оборонительных рубежей было увековечено названием одного из них Василев, по имени его святого. Именно здесь однажды летом князя атаковали печенеги и заставили спрятаться под мостом. Укрепления Василева и ряда других крепостей и населенных пунктов были усилены с помощью технических новшеств, воспринятых вместе с новой религией. Внутренняя часть «змиевых валов», как и большая часть крепостей, была усилена рядами бревен, уложенных параллельно валу и покоящихся на крестообразных опорах, или с помощью бревен, уложенных клетью и заполненных землей, песком или глиной, которые извлекались из примыкающего к валу рва. Вал в Василеве был насыпан на деревянные рамы, а снаружи были уложены аккуратные горизонтальные ряды из необожженных кирпичей. Такую же кирпичную конструкцию обнаружили при раскопках ближайшей крепости на восток от Василева, на месте нынешней деревни Заречье. В основании валов в новых городах, построенных Владимиром, — в Белгороде и Переяславле также были уложены необожженные кирпичи. Форма и размер этих кирпичей те же, что у необожженных кирпичей, которые, по сообщениям в печати, были найдены при раскопках валов около фундамента Десятинной церкви в Киеве. Нет оснований сомневаться, что в основе своей техника производства кирпича была завезена греческими «мастерами», строившими церковь. Валы, усиленные такими кирпичными опорами, можно было насыпать выше, не рискуя вызвать оползень. Валы в Василеве и сейчас достигают в высоту 8 метров, валы в Белгороде — 5–6 метров, а в 990-х гг. они были еще выше. Увенчанные частоколом, эти земляные укрепления представляли собой эффективное средство защиты. Укрепления в Белгороде защищают огромную площадь — примерно в 105 гектаров. В дополнение ко всему, было основано несколько поселений на мысах, нависающих над Стугной, Ирпенем и другими реками, которые огибались или пересекались «змиевыми валами». Эти земледельческие поселения, расположенные вдали от главных крепостей, иногда занимали площадь в 7 гектаров и даже больше.[318]