Франция в начале XVII века (1610–1620 гг.)

Если же рассмотреть речь в плане тех итогов Штатов, о которых было упомянуто выше, то она предстанет в таком виде. Речь Ришелье[513] отличается последовательностью и логичностью изложения, ясностью, некоторой сухостью и краткостью. Все эти характерные для Ришелье качества сказались в первом же его публичном выступлении. В остальном, т. е. по содержанию, речь лишена индивидуальности и лишь приличествует обстоятельствам. Поэтому она и прошла незамеченной.

Согласно наказу своей палаты, Ришелье одобрил политику регентши, в частности испанские браки, и поддержал решение короля оставить Марию Медичи во главе Королевского совета. Он требовал отмены продажности должностей, сокращения пенсий и просил о восстановлении церкви в ее прежнем величии.

Результатом этих реформ должно быть упорядочение финансов, притом без излишнего отягощения народа. Дворянство вернет себе прежний блеск, религия процветет, церковь вновь будет обладать властью и распоряжаться своим имуществом, а народ освободится от притеснений чиновников.

Обеспечивала ли такая программа подобные результаты? Делош отказывается думать, что Ришелье верил в ее целительные свойства. По его мнению, отмена полетты и продажности должностей не улучшила бы положения дворянства, не было надежд и на возрождение церкви.[514]

На деле отмена продажности должностей привела бы к возвеличению первых двух сословий за счет чиновничества, а это вернуло бы церкви добрую долю ее независимости, а дворянству — экономическую силу и политический вес. Мало того, ведь частично эти требования были правительством уже приняты и объявлены, т. е. практически на них не надо было и настаивать. Требовать нужно было их закрепления, что и сделал Ришелье в конце своей речи: «Посему мы усиленно просим и объявляем… в Вашем (короля, — А.Л.) присутствии, что не сможем получить никакого удовлетворения нашим жалобам ни с помощью новых ордонансов, ни путем подтверждения старых, если за ними не воспоследует их точного исполнения, и не на один только день, но навсегда». Тогда будет «основательно устроено царство разума».[515]