Право рождения (СИ)
- Автор: Gusarova, Оплачко Светлана Sиничка
- Язык: русский
- Жанр: Магический реализм
Электронная книга - «Право рождения (СИ)». Краткое содержание книги:
Илья ждал Тима у выхода из пещеры, строгий, полный решимости. Лишь слегка смягчил взор, когда Борзой распустил потоки рядом.
— Ну как оно?
— Никак.
Айвазов кивнул. Борзой притулился на тот же камень. Сидеть плечом к плечу с вороном и молчать было сродни беседе, когда сказать в общем, нечего. Илья тоже понимал в насколько сложном положении они оказались. И Борзой искренне жалел, что взял его, родимого, с собой.
— У меня есть план, — вдруг глухо сказал Илья, и Тим увидел, как он сцепил и до дрожи сжал пальцы. Нелёгкое решение, но какое? — Я уйду в посмертье караулить их там.
— Как тебе туда пробраться? — непонимающе усмехнулся Тим. — У тебя есть своя птица? Или Маргариту решил задействовать? Евгений-то Николаевич в коме...
Илья посмотрел на него так, что у Борзого вмиг отсох язык.
— Нет. Ты убьёшь меня.
Кажется, Тим открыл пересохший рот да так с ним и остался. Немыслимость слов Ильи была очевидна.
— И заберёшь всю силу себе, как хотел, — Айвазов чуть улыбнулся краями губ. Борзой не верил в то, о чём его просили, и едва понимал просьбу однобожника. Илья водрузил тёплую руку ему на надплечье и принялся уговаривать: — Тимка, так надо. Я говорил тебе, рано или поздно ты меня убьёшь. Время пришло. Перевалов тут дохрена, а посмертье одно на всех. Я дождусь их там и нападу. А ты докончишь в этом мире. Ну что ты? Это хороший вариант.
— Нет, — выдавил Борзой единственный возможный ответ. — Ни за что.
— Слушай, я своё отжил. — Илья вздохнул так, будто заранее понимал, что с Тимом просто не будет. — Я болен алкоголизмом. Что меня дальше ждёт? Каким отцом я буду для Влады и Лики, при условии, что мы как-то их спасём? Да и как? Это я виновен в том, что с ними случилось. Я готов на всё ради них.
— Убей меня тогда, — дохнул Борзой. — Почему ты должен погибнуть, а я жить?
— Ты молодой. У тебя Светка.
— У тебя тоже! — Тим багровел. — И Саша! И детишки! Не пори чепуху! И не смей мне больше такое предлагать! — Он схватил ворона за плечи и крепко, будто уже потерял, прижал к себе. — Родимый мой! Дорогой мой человек! А я как же без тебя? — Заключил смуглое лицо в шершавые ладони, прижался лбом ко лбу и вновь обнял со всей душой, со всей любовью. — Никогда я тебя не погублю. Забудь.
— Ладно, — буркнул Илья, соглашаясь. — Проехали.
Их горячая перепалка превратилась в звенящую тишину. Даже ветер, на удивление, стих. Чернобоги сидели, обнявшись, и смотрели в звёздное небо, раскинувшееся над ними. Нигде нет таких близких и крупных звёзд, как в горах. Они мерцают в непроглядной, бесконечной черноте вестниками надежды, греют душу без тепла и дарят успокоение. Звёзды ведут к дому, ведь они для всей земли одни и те же.
— В незнакомой мне стране я на радиоволне, — затянул негромкую песню Айвазов. — Если твой услышу голос, то на самый дальний полюс тут же прилечу я к тебе.
— Сядем мы на шапку земли, — вторил ему Борзой, не выпуская из объятий. — И закурим трубку любви. В гости в юрту к хухчи влезем, попоём их странных песен, вместе с ними встретим рассвет.
— Чужие звёзды светят нам, — стройно и громко завыли на два голоса чернобоги в звенящую ночь, — но мне сейчас на звёзды наплевать. В твоих глазах тают вековые тучи льда. И на ресницах, мне не снится, застыла красота! Застыла красота!{?}[Песня группы «Мультфильмы» — «Чужие звёзды».]
Им нужна была эта разрядка. Сердце Тима колотилось часто и пламенно, и он радовался тому, что отговорил своего дорогого друга от поспешного и страшного решения. Они придумают другой план. Тим глядел в искрящиеся звёздами чёрные глаза Ильи, и не мог представить, как это — остаться сильным без него.
Они уснули бок о бок в пещере. Для пущей верности Илья привязал к своей ноге Саввину верёвку — чтобы тот не удрал. Яхонтов на такие меры предосторожности презрительно фыркнул и не противился. Дождавшись, пока однобожник уснёт, Тим осторожно коснулся губами его высокого лба и шепнул на ухо:
— Люблю я тебя, родимый. Ох, люблю.
Утро застало Тима с порцией вины и стыда. Ильи рядом не было, наверное, отошёл за уголок. Савва, связанный, посапывал на спальнике.
«Что же я вчера наделал, — принялся мучаться Тим. — Что я вообще делаю, пёс блудливый? А что, если он слышал? Надо бы повиниться...» — Тим сонно подогнул под себя ногу и тут обнаружил, что щиколотку обвивает крапивное волокно. Верёвка натянулась, проползла через хитрый блок из поставленной враспор на двух стрелах пустой бутылки от «Маргариты» у самого свода пещеры. Другой конец троса золотился солнцем, уводя наружу. И вся эта хитрая конструкция пришла в движение! Тим похолодел.
Эрские штучки!
— Илюша!
Борзой подорвался, запутался в верёвке, шмякнулся, стащил её с ноги и снова бросился к выходу. Мгновенный вылет и — да! Тело Айвазова с затянутой петлёй на шее соскальзывает с обрыва.
— Илья!!! Нет!!!!
Борзой, не помня себя, кидается со скалы, обхватывает судорожно хрипящего Илью за бока, виснет на нём, впечатывается в скалу, оглушённый летит в пропасть. Глухой удар будто не своего тела. Тьма.
====== 79. Удовлетворение ======
Савва проснулся от холода. Поворочался на спальнике и, обнаружив свои запястья спутанными крапивным волокном, припомнил вчерашний провал.
«Ах, точно, я же мафиози. — Савва покатал грязную голову по спальнику. — Это ж надо быть настолько неудачником! И сделку просрал, и Вахтанга не спас. Однако, почему тут дубак? Эти чёрные совсем охренели не топить?»
Он осмотрелся. Костёр в пещере остыл, а разводить новый никто не спешил. Вещи чернобогов лежали на своих местах, в том числе оружие — и коса, и лук. Можно было предположить, что они умотали гонять лагартос, но — оставить оружие? И плохиша-Савву?
— Опрометчиво, ребят, — Савва постарался принять вертикальное положение и ощупал спальник Ильи в поисках ножа. Да, он тоже был тут. — Очень опрометчиво. Бросить меня решили? Вы прям так уверены, что я не свалю?
Савва зажал нож между подошвой ботинка и скалой, и принялся пилить, легко освобождаясь от пут.
— Папа!!! Тима!!!
Ответом был шёпот ветра снаружи и страх, что вместо своих Савву найдут некроманты.
«Не буду больше орать, — он встряхнул запястья. — Глупо. Но где же они?»
Его внимание привлёк надсадный галочий грай и натянутая наружу верёвка. Конец её уходил строго вниз, будто там было подвешено нечто массивное. Еда? Зачем? От хищников, что ли... Савва осторожно высунулся из пещеры и с матным криком прянул обратно. Прижался к каменной стене, нелепо попискивая и пытаясь не сойти с ума от увиденного, засунул руку себе в рот, кусая пальцы. Продышался, проморгался, опёрся руками в колени и сказал вслух:
— Нет. Это приманка, наверняка. Они мутят охоту. Там не труп. Чернобога убить невозможно.
Тело отказывалось повиноваться, но Савва на нетвёрдых ногах заставил себя подтащиться к краю обрыва и взглянуть на то, что его так напугало.
— Бл#!!! П##дец! — Крик вырвался сам собой. Над обрывом на тугой верёвке качался синий в посмертном вытяжении Илья Айвазов. Седая скальная галка пыталась удержаться на его лиловой бритой голове, скользила, хлопала крыльями и орала благушей. — Кыш ты! Кыш! Пап... — Савва прогнал птицу и попытался поймать верёвку непослушными пальцами, но не мог. Обратил внимание на стремнину внизу — в распластанной позе, точно обнимая голые камни, в пятне из собственной крови и мозгов лежал Борзой. — Мою мать! Мать-мать-мать!
Савва одним дуновением снова очутился в пещере под спальником. Ему показалось мало собственного, и он набросал на себя все разом — и Тима, и Ильи. Залёг в берлоге, трясясь и подвывая, пытаясь примириться с произошедшим.