«Мы жили в эпоху необычайную…» Воспоминания
- Автор: Левис Мария Михайловна
- Год: 2016
- Язык: русский
- Год: Кабинетный ученый
- ISBN: 978-5-7525-3068-5
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - ««Мы жили в эпоху необычайную…» Воспоминания». Краткое содержание книги:
Написанные без затей, как пишутся все личные дневники и письма, адресованные прежде всего близким, эти воспоминания полны удивительной энергией жизнелюбивой натуры рассказчицы, не просто принимавшей все, что ни пошлет ей век, но словно бы выступавшей этому всему навстречу.
А вот и еще впечатление от одной поездки с группой сотрудников и студентов под руководством Б. Г. Мухина и Манцочки. Это было, по-видимому, в июле. Жара страшная — экскурсировать можно было лишь с пяти часов утра до восьми, а потом мы, обессиленные, могли лишь валяться под тенью отведенного нам дома. К тому же у Мухина случился приступ малярии (терцианы), которой он был подвержен. Выпрягли лошадь и Владимира Григорьевича положили под перевернутую телегу, а один из студентов отправился на лошади в ближайший населенный пункт за медицинской помощью.
Вот мои стихи, посвященные впечатлению от этой поездки:
Ну, сейчас уже закончу свои поэтические впечатления, приведя еще одно и последнее стихотворение о Туркестане (как у меня записано).
Увы, как неверны и поверхностны были мои впечатления! Какой уж там покой! С тех пор прошло почти шестьдесят лет, а покоя все нет и нет. И вряд ли предвидится в ближайшее время.
Покупка верблюжьей шерсти[151]
Старый базар. Мы с Манцочкой отправились туда по совету старожилов — покупать верблюжью шерсть для теплого одеяла, ибо ночи были холодные.
Мы, как нам казалось, нашли подходящую лавчонку, подошли к старику, сидевшему перед входом, и Манцочка обратилась к нему на чистейшем русском языке. «Мне нужна верблюжья шерсть для теплого одеяла», — сказала она громко и вразумительно. Он ласково улыбался, но разводил руками и старался объяснить нам, что ничего не понял. Мы, обе стали хватать себя за волосы и говорить: «Шерсть, верблюд». Но он все равно ничего не понял. Тогда я стала пальцем у его ног рисовать на земле двугорбого верблюда и шерсть на нем, приговаривая: «Верблюд, шерсть». Пристально поглядев на мой неуклюжий рисунок, он улыбнулся и спокойно изрек: «А, берблюд, нету». Так мы и ушли с базара, ничего не купив.
Узбекское гостеприимство
А вот и еще одна яркая картинка назойливо вертится и преподносится мне моей нелогичной памятью. Ну что же, просишься под перо — выкладывайся в тетрадь — ничего не поделаешь!
Однажды к вечеру, когда жара несколько спала, мы с Манцочкой решили отправиться на большой арык и посидеть там часочек, вообразив, что мы сидим на берегу реки и наслаждаемся ночной прохладой. Старожилы нас отговаривали, уверяя, что нельзя после заката солнца сидеть у арыка: «Непременно схватите малярию, сами знаете, сколько жертв уже унесено этой проклятой болезнью. Особенно опасно это вам, северянкам». Мы все это знали, но все же отправились, решив положиться на русское авось да небось.
Добравшись до большого арыка, выбрали уютное местечко. Перед нами широкий арык с желтоватой и почти неподвижной водой, а позади, за дувалами, густые фруктовые сады с отяжелевшими от плодов ветвями. Мы молча сидели, отдавшись воспоминаниям и каким-то своим мыслям.
147
Джида, или дикая маслина, — невысокое деревце или кустарник с серебристыми листьями и душистыми цветами. — Примеч. ред.
148
Войлочный ковер, часто разноцветный, орнаментированный, из овечьей или верблюжьей шерсти. — Примеч. ред.
149
Так у М. М. Левис. Верно: в пиалах. — Примеч. Д. Д. Маркович.
150
Кок-чай — то же, что зеленый чай. — Примеч. ред.
151
Эта и следующая запись сделаны, по-видимому, в конце сентября или в начале октября 1980 года. — Примеч. Д. Д. Маркович.