Канун трагедии: Сталин и международный кризис. Сентябрь 1939 — июнь 1941 года
- Автор: Чубарьян Александр Оганович
- Год: 2008
- Язык: русский
- Год: М.: Наука, 2008. - 476 с.
- ISBN: 978-5-02-035966-6
- Жанр: История
Электронная книга - «Канун трагедии: Сталин и международный кризис. Сентябрь 1939 — июнь 1941 года». Краткое содержание книги:
Для историков, политологов и более широкого круга читателей.
Трудно точно определить, каковы были планы Сталина в октябре 1939 г., но ясно, что он прекрасно помнил те времена, когда Финляндия входила в состав России, и тот размах левокоммунистического движения, который был в Финляндии после Октября 1917 г. Моральные и правовые соображения при этом не брались в расчет. Впрочем, советские лидеры видели, что такая практика уже получила распространение. (В сентябре 1938 г. во время Мюнхенского соглашения о судьбе Чехословакии; при нападении Германии на Польшу 1 сентября и т. п.) И, конечно, нельзя сбрасывать со счетов и соображения военно-стратегического и геополитического плана, состоящие в том, что в Кремле стремились создать более благоприятные условия на случай расширения войны. Видимо, здесь брали в расчет и то, что укрепление советских позиций в Прибалтике и Финляндии (в том числе и военных) значительно усилит позиции СССР на севере Европы в целом.
Предъявление советских требований 17 октября открыло целую серию острых и драматических дискуссий внутри Финляндии и в большинстве стран Европы и в США. Историки многих стран и по сей день продолжают обсуждать возможность каких-либо альтернатив развитию событий в октябре — ноябре 1939 г.
После окончания Второй мировой войны в самой Финляндии был опубликован ряд мемуаров и исторических исследований[496]. По мнению их авторов, Финляндия должна была проявить больше уступчивости и готовности к компромиссу, что позволило бы избежать советско-финской войны. Они убеждены, что советские лидеры могли бы удовлетвориться выдвинутыми требованиями и даже модифицировать их в лучшую для финнов сторону и сохранить независимость Финляндии. В той сложной обстановке, считают авторы этих трудов, в финских руководящих кругах одержали верх сторонники более жесткой и бескомпромиссной позиции. Но большая часть историков на основе анализа последующих событий оправдывают позицию, занятую тогдашними финскими деятелями, полагая, что в противном случае с Финляндией произошло бы то же самое, что случилось с Прибалтийскими странами, включенными в состав СССР.
В современных странах Балтии также продолжают обращаться к событиям 1939–1940 гг., при этом некоторые историки и общественные деятели, особенно в Латвии и Эстонии, критикуют тогдашние правительства за то, что они не последовали решению Финляндии, которая отказалась принять советские требования.
В истории, как известно, далеко непросто анализировать несостоявшиеся альтернативы. Сегодня трудно с полной определенностью сказать, что было бы с Финляндией, если бы финское правительство приняло советские условия. Сложности с ответами на поставленные вопросы состоят и в том, что историки не имеют в своем распоряжении документов, проливающих свет на те совещания, которые были в Кремле в сентябре — октябре 1939 г., и на конечные и промежуточные цели, которые были выдвинуты Сталиным и его окружением.
В Москве, конечно, считались с фактором войны в Европе, последствия которой были трудно предсказуемы, и в этих условиях СССР стремился закрепить свое влияние в стратегически важных областях — в районе Балтийского моря, Финского залива, а также в Восточной и Юго-Восточной Европе. Идеологические и геополитические цели советского руководства соединялись в единое целое. В октябре 1939 г. в отношении к Финляндии вопрос заключается в том, насколько далеко советские лидеры были готовы идти, чтобы добиться реализации поставленных целей. Этого тогда еще не знали ни в Хельсинки, ни в европейских столицах. Единственной очевидной реальностью было то, что Москва сталкивается с серьезными трудностями и что в отличие от Прибалтийских государств Финляндия проявляет неуступчивость и сопротивляется принятию советских требований.
Принципиально иной оказалась и мировая реакция на советские требования к Финляндии. Ее руководство, отказавшись сразу же в принципе принять советские условия, запросило перерыв в переговорах. Получив конкретные предложения между 12 и 14 октября, финские представители вернулись в Хельсинки, и новые переговоры возобновились в Москве лишь 23–25 октября. Затем они были снова прерваны и продолжились 2–4 ноября. В течение всего этого периода и в Финляндии, и в европейских столицах проходили интенсивные и бурные обсуждения складывающейся ситуации, в ходе которых определялись позиции и официальных кругов и мировой общественности. Разумеется, главным было определение позиции политических деятелей в Финляндии. Как уже отмечалось, на первом этапе переговоров в Москве финскую сторону представлял Паасикиви. На втором и третьем этапах к нему присоединился министр финансов социал-демократ Таннер.
496
См. раздел «Библиография».