Бумажный дворец [litres][The paper palace]
- Автор: Хеллер Миранда Коули
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: АСТ (БЕЗ ПОДПИСКИ)
- ISBN: 978-5-17-145821-8
- Переводчик: Дарья Алексеевна Берёзко
- Жанр: Современная русская и зарубежная проза
Электронная книга - «Бумажный дворец [litres][The paper palace]». Краткое содержание книги:
Словно потерянный рай, Бумажный дворец пленит, не оставляя в покое. Бумажный дворец – место, которое помнит все ее секреты. Здесь она когда-то познала счастье. И здесь, она утратила его навсегда. Элла возвращается туда снова и снова, ведь близ этих прудов и тенистых троп она потеряла то, что, казалось, уже не вернуть.
Но один день изменит все.
Привычная жизнь рухнет, а на смену ей придет неизвестность – пугающая и манящая, обещающая жизнь, которую она так долго не решалась прожить… Осталось сделать только один шаг навстречу.
– Искусственный бриллиант, – замечает Анна, когда мы приближаемся к ней. – Мы ее знаем?
– Нет.
– Привет, Анна, Элинор, – кивает мама Джонаса, поджимая губы. Я ей всегда не нравилась. – Не знала, что вы здесь.
– Я старалась не ходить на пляж, – отвечаю я. – Летом здесь как на Кони-Айленде.
– А я только вчера приехала, – говорит Анна.
Мать Джонаса по-хозяйски приобнимает девушку, с которой разговаривала.
– Это Джина.
Анна протягивает руку, но Джина шагает вперед и заключает ее в объятия.
– Я так рада наконец-то с вами встретиться, – улыбается она, обнимая меня следующей. Анна за ее спиной бросает на меня взгляд, полный притворного ужаса, что не остается незамеченным для матери Джонаса.
– Я встретила в магазине вашу маму, – говорит она. – Слышала, вы планируете «зимнюю свадьбу», – последние два слова она произносит будто в кавычках, чтобы я обязательно заметила нотки презрения.
– Да, – отвечаю я. – Мы подумываем о ледяных статуях и шоколадном фонтане.
– Самое время.
– В смысле? – спрашиваю я.
– Давай признаем, мы все не становимся моложе.
– У Эллы еще есть несколько недель до того, как она превратится в старую каргу тридцати лет, – лепечет Анна нежнейшим голосом. – Но мы приняли к сведению. Кто-нибудь из ваших мальчиков здесь?
– Они теперь мужчины, – отвечает мать Джонаса таким тоном, будто разговаривает с полнейшей тупицей. – Не лезьте на дюны! – кричит она каким-то детям, играющим у песчаной горы.
– Их может завалить песком, – говорит она Джине. – Лично я переживаю.
– Как Джонас? – спрашиваю я ее.
– Хорошо.
– Прекрасно! – встревает Джина. – У него теперь своя галерея в Челси. Мы оба в полном восторге. А еще мы нашли обалденный лофт. Там раньше была швейная фабрика.
– Чем он сейчас занимается? – спрашивает Анна.
Я смутно слышу, как Джина что-то говорит об акриловой краске и найденных предметах, но мой разум отказывается сосредоточиться. Мысль о том, что Джонас живет с этой Джиной, вызывает во мне ревность, на которую я не имею права. Почти физически ощутимую. Джонас принадлежит мне. Я едва удерживаюсь, чтобы не пнуть ее в голень.
Мать Джонаса выглядит так, будто только что проглотила большую вкусную птичку.
– Это просто замечательно.
Мне на память приходит все, за что я ее не люблю: ханжество, недостаток великодушия, то, как она намекала всем в округе, что Джонас ни за что бы не оказался в тот день в лодке со мной и Конрадом, если бы я его не заставила. Мама как-то случайно услышала, как она говорит обо мне: «Вертит им как хочет». Я заставляю себя думать о Питере, моем очаровательном благородном англичанине. О его подвижном уме, непревзойденной ироничности, поношенных кожаных туфлях, его жареной свинине с соленой корочкой, о том, как он тянет меня за волосы, когда мы занимаемся любовью. И мне удается улыбнуться ясной улыбкой.
– Здорово. Вы, наверное, счастливы за Джонаса.
– Да, – отвечает она. – И за Джину, конечно.
В этот момент я вижу, как он идет к нам через толпу. В одной руке у него коричневый бумажный пакет с продуктами. Сверху покачивается огромная упаковка булочек для хот-догов. Я смотрю, как он оглядывает толпу. Заметив Джину, стоящую к нему спиной, он улыбается. Потом видит меня. И останавливается как вкопанный. Мы смотрим друг на друга через песок. Он качает головой, скорее гневно, чем печально, – смесь боли и обиды, как будто он не в силах поверить в то, что я сделала, как я могла нарушить обещание, данное ему два года назад, когда мы сидели на разрушенном причале и пили пиво, глядя на Гудзон, смирившись с нашей судьбой.
Мать Джонаса замечает сына, не сводящего с меня взгляда. Хлопает Джину по плечу.
– Джонас вернулся.
Лицо Джины сияет, будто она никогда не видела ничего чудеснее.
Он проходит мимо меня и целует ее глубоким долгим поцелуем.
– Я искал тебя, – говорит он.
Потом обнимает Анну, здороваясь, и протягивает матери булочки.
– Была только большая упаковка.