Бумажный дворец [litres][The paper palace]
- Автор: Хеллер Миранда Коули
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: АСТ (БЕЗ ПОДПИСКИ)
- ISBN: 978-5-17-145821-8
- Переводчик: Дарья Алексеевна Берёзко
- Жанр: Современная русская и зарубежная проза
Электронная книга - «Бумажный дворец [litres][The paper palace]». Краткое содержание книги:
Словно потерянный рай, Бумажный дворец пленит, не оставляя в покое. Бумажный дворец – место, которое помнит все ее секреты. Здесь она когда-то познала счастье. И здесь, она утратила его навсегда. Элла возвращается туда снова и снова, ведь близ этих прудов и тенистых троп она потеряла то, что, казалось, уже не вернуть.
Но один день изменит все.
Привычная жизнь рухнет, а на смену ей придет неизвестность – пугающая и манящая, обещающая жизнь, которую она так долго не решалась прожить… Осталось сделать только один шаг навстречу.
– Все что угодно для моей прекрасной пьяной молодой жены. – Питер убирает волосы у меня со лба.
– Это все из-за шампанского. Я не могу пить шампанское. Слишком много сахара. Прости.
– Не извиняйся. Момент, когда ты бросила свою подвязку в моего отца, сделал мой день.
– Я хочу застрелиться.
– А еще то, что я женился на женщине своей мечты.
Я обвиваю руками его шею и пристально смотрю ему в глаза.
– Мне нужно почистить зубы.
Когда я просыпаюсь несколько часов спустя, в голове все еще витают обрывки сновидения. Мне снилось, что я сижу на облаке, несущемся по небу. Море внизу ярко-голубое, безбрежное. На север мигрирует стадо китов, совершенно не замечая созданий помельче, плывущих вслед за ними. Появляется белый парус, взлетая на гребне волны. В лодке двое детей. Позади них ныряет исполинский кашалот, измеряя глубину своим эхолокатором. Я под водой. Смотрю, как киты несутся к поверхности, целясь в треугольную тень лодки. Мимо проплывает дом. Сквозь сломанную затянутую сеткой дверь струятся красные ленточки.
На прикроватном столике стоит поднос, оставленный отельным персоналом. Питер вырубился рядом со мной с пятном кетчупа в уголке рта. Бо́льшая часть картошки уже съедена. Я замужем.
Спустя два месяца после свадебного путешествия мне звонит Анна. Поначалу я даже не узнаю ее: она так рыдает, что я не могу разобрать слова, а Анна никогда не плачет.
– Успокойся, – прошу я. – Я не понимаю, что ты говоришь.
Несколько секунд я слушаю ее рыдания, а потом она отключается. Когда я пытаюсь перезвонить, идут долгие гудки, пока не включается автоответчик. Тогда я звоню Джереми на работу.
– С ней все хорошо, – жизнерадостно отвечает он. – Она много работает над собой в последнее время.
От злости у меня рефлекторно сжимается горло.
– Замечательно. – Я усилием воли подавляю осуждение в голосе. – Но она только что мне позвонила и казалась очень расстроенной.
– Она сегодня ходила на групповую психотерапию. Иногда это взбалтывает осадочные эмоции.
– Скажешь ей, чтобы она позвонила мне, когда вернешься домой, хорошо? – Ненавижу его.
– Как у тебя дела? – Он не понимает, что пора вешать трубку.
– Ничего. Хорошо.
– Ты отлично повеселилась на своей свадьбе.
– Скажи ей, чтобы позвонила, – говорю я.
Шоссе голое и пустынное – пепельная полоса, посыпанная солью от черного льда, с замерзшими песчаными обочинами. В лесу выделяются несколько темных сосен, но большинство деревьев стоят нагие: последние оставшиеся на ветвях листья, коричневые и мертвые, ждут, когда их унесет следующий порыв ледяного ветра. Еще даже нет трех часов, но зимний свет уже тускнеет. Анна молчит с того самого момента, как я встретила ее в аэропорту Логана на взятой напрокат машине. Она выглядит неухоженной, опустошенной, глаза покраснели. Анна жесткая. Кремень. Остроумная и язвительная. Создание из Черной лагуны. Передо мной не моя сестра. Я вслушиваюсь в шорох шин на мокрой, посыпанной солью дороге. Кручу радио. Сплошные помехи. Ненавижу мыс зимой.
Каждый дом, который мы проезжаем по пути, закрыт на зиму. Нигде никаких признаков жизни. За поворотом к дому Диксона дорогу перед машиной перебегает лиса, неся в зубах какое-то мелкое животное. На мгновение она замирает в свете наших фар, смотрит на нас, а потом бежит дальше.
Пруд прячется под коркой толстого льда. Мертвые кусты покрыты инеем, на тонких серебристых веточках висят ярко-красные ягоды. Дача выглядит голой, все ее недостатки обнажены. Я останавливаюсь позади дома, заглушаю мотор. Мы сидим в тишине, тепле, сгущающихся красках. Анна кладет голову на стекло.
– Побудь в машине. Пойду прогрею дом.
На задней двери висит замок. Я обхожу дом, пробираясь через море опавших листьев, и лезу под козырек крыши. Несмотря на все прошедшие годы, я каждый раз чувствую изумление и облегчение, когда мои пальцы нащупывают его – один-единственный ключ, висящий на ржавом гвозде. Тот же ключ от того же старинного замка, что и в нашем детстве.
– Нашла! – кричу я Анне. Открываю дверь, вваливаюсь через порог в темную кладовку и пробираюсь к щитку на противоположной стене. Мои пальцы слепо ощупывают круглые тумблеры, пока не находят самый толстый – главный. Требуется усилие, чтобы передвинуть его слева направо. Дверь холодильника подперта метлой, чтобы он не заплесневел, и лампочка внутри зажигается, когда он с ворчанием просыпается. Гостиная чисто подметена и лишена красок, диванные подушки и покрывала убраны в большие черные пакеты. Внутри кажется холоднее, чем снаружи, как будто я зашла в морозилку, полную спертого мертвого воздуха. Вода отключена, поэтому трубы не замерзли. Придется подождать, пока дом прогреется, прежде чем смывать антифриз и включать воду. На сегодня наберем ее из пруда.