Права нации. Автономизм в еврейском национальном движении в позднеимперской и революционной России

Однако во время Первой мировой войны, хотя программа думского большинства — Прогрессивного блока, состоящего из либералов и умеренных консерваторов, — призывала правительство к постепенной отмене ряда антиеврейских ограничений и запретов, в реальности прогрессисты и либералы оказались глухи и слепы к преследованиям евреев со стороны военной верхушки, а порой даже принимали на веру обвинения евреев в предательстве[639]. В глазах еврейской общественности кадеты (включая и кадетов-евреев) последовательно демонстрировали неспособность защитить интересы еврейства; они всякий раз ставили во главу угла сохранение коалиции с октябристами и другими партиями, включавшими в себя откровенных антисемитов[640]. Формально кадетская партия защищала евреев, выступая против коллективного наказания и антисемитской демагогии о «шпионаже»[641]. Однако неудивительно, что многие евреи считали такую защиту совершенно недостаточной.

Переломным моментом, приведшим к глубокому разочарованию евреев, стало так называемое «дело о циркулярах». В циркуляре, подписанном исполняющим обязанности директора департамента полиции (входившего в Министерство внутренних дел), говорилось о еврейском саботаже, то есть об искусственном повышении цен на предметы первой необходимости и изъятии из обращения звонкой монеты. Второй же циркуляр, изданный Министерством финансов, предостерегал губернские власти: немцы совместно с «подкупленными» евреями намереваются «произвести в различных местностях империи посредством особых машин выжигание хлебов на корню». Министерские циркуляры призывали население быть начеку и сообщать о любых фактах и подозрениях. Оба эти циркуляра стали непосредственной причиной ареста сотен евреев. Двое думских депутатов-кадетов, Нафтали Фридман и Меер Бомаш, составили запрос к правительству, требуя объяснить, отменены ли или по-прежнему остаются в силе эти два циркуляра, обвинявшие евреев в экономическом саботаже, обострении продовольственного кризиса и подстрекательстве к революции[642], однако под давлением однопартийцев вынуждены были его отозвать[643]. Евреи, рассчитывавшие на поддержку со стороны лидеров российских либералов, чувствовали себя обманутыми в своих ожиданиях. Например, глава кадетов Павел Милюков в ответ на требование британских евреев сильнее надавить на российское правительство заявил: при всем сочувствии, проблема состоит в том, что российских евреев и их защитников в других странах удовлетворит лишь полная эмансипация, а это едва ли достижимо на данном этапе[644]. Из-за пассивности и беспомощности тех, кто должен был выражать интересы российского еврейства, российский либерализм утрачивал поддержку со стороны евреев.