«Мы жили в эпоху необычайную…» Воспоминания

На следующее утро я, страшно волнуясь, отправилась в это проклятое управление. Меня принял милейшего вида молодой геолог.

— А, вы едете работать с Владимиром Григорьевичем Мухиным? Прекрасный человек, да и его ассистентку Марию Исааковну Брик я знаю. Вы переписываетесь с ними?

— Да, — сказала я, — Мария Исааковна — моя ближайшая подруга.

— Вот и хорошо. А в Петрограде где вы работали?

Я глубоко вздохнула. Он мне помог.

— Вместе с подругой в отделе полезных ископаемых?

— Да-да, — поспешно сказала я.

— У Берлинга?

— У Берлинга.

— Как он поживает?

— Да вполне хорошо, — сказала я.

Действительно, я хорошо знала Берлинга и весь состав отдела, так как часто навещала там подругу, и все меня знали. Затем он спросил меня о моей узкой геологической специальности. Тут уж меня не хватило на дальнейшее увиливание от честного ответа. Я посмотрела на него так выразительно, что он вдруг рассмеялся и сказал:

— Все понимаю. Оставьте ваш вызов и еще какие там у вас есть бумаги и приходите послезавтра за печатью. Я постараюсь все оформить.

Я поблагодарила и с облегчением покинула это учреждение и милого геолога. Придя к Поленьке, я ей все рассказала. А она в свою очередь тоже постаралась меня ободрить:

— Без вас приходил молодой человек, Боря Левитин, ученик артиллерийского училища, который хорошо знает профессора Мухина и Манцочку. На днях он с группой товарищей едет в Ташкент, и он спросил меня, нет ли у меня поручений к Владимиру Григорьевичу и Марии Исааковне. Я ответила, что поручений у меня нет, но если бы они с товарищами могли взять с собой и провезти приятельницу Марии Исааковны, у которой затруднение с выездом из Москвы, то они бы сделали доброе дело. Он зайдет завтра днем, чтобы лично переговорить с вами.