Николай Вавилов. Ученый, который хотел накормить весь мир и умер от голода
- Автор: Прингл Питер
- Год: 2022
- Язык: русский
- Год: Альпина Паблишер
- ISBN: 978-5-9614-3450-7
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Николай Вавилов. Ученый, который хотел накормить весь мир и умер от голода». Краткое содержание книги:
Воссоздавая историю того, как величайшая гуманитарная миссия привела Николая Вавилова к голодной смерти, Питер Прингл опирался на недавно открытые архивные документы, личную и официальную переписку, яркие отчеты об экспедициях, ранее не публиковавшиеся семейные письма и дневники, а также воспоминания очевидцев. Глубоко человечный и яркий рассказ рисует очень живой образ блестящего ученого, жизнелюба и подвижника, до самых последних дней не расставшегося со своей великой мечтой.
Сталинский террор оказался Лысенко на руку. Были арестованы и вскоре расстреляны два руководителя в сфере сельского хозяйства: М. А. Чернов в марте 1938 года и Я. А. Яковлев (невзирая на его поддержку Лысенко) в июле 1938 года. В октябре 1937 года, через два дня после ареста, в тюрьме умер К. Я. Бауман, зав. отделом ЦК ВКП(б) по науке и один из самых ревностных сторонников коллективизации. Александр Муралов, сменивший Вавилова на посту президента ВАСХНИЛ, был арестован в июле 1937 года; его расстреляли в сентябре 1938 года.
Весной 1938 года Лысенко был назначен президентом ВАСХНИЛ. Это был высший пост в иерархии аграрной науки. Теперь он стал начальником Вавилова и самым бесстыдным образом взялся подрывать его научную опору – ВИР в Ленинграде и Институт генетики в Москве.
В это время НКВД, преемник ОГПУ, усилил слежку. К декабрю 1938 года «агентурное дело» Вавилова с доносами информаторов насчитывало более пяти папок, и НКВД завел новое дело № 300669. Первым документом в деле «Генетика» была докладная записка «О борьбе реакционных ученых против академика Лысенко Т. Д.». Записка призывала к немедленному аресту Вавилова и была подписана Богданом Кобуловым, заместителем Лаврентия Берии, главы НКВД. В папке лежали новые донесения от тайных осведомителей, которые шпионили за Вавиловым внутри Института.
Одним из самых активных информаторов был Григорий Шлыков, заведующий отделом субтропиков Института. По линии официальной работы Шлыков писал заявления в сектор науки ЦК ВКП(б), рекомендуя убрать Вавилова с поста директора. Он призывал избавиться от «…постоянного и весьма искусного подавления инициативы» Вавиловым, от «…весьма и весьма большого специалиста, но путаника в теории, несомненно не искренне работающего на наш строй…»[381]. Если отстранить его от должности, то «Ин-т перестал бы быть синекурой одного человека…».
Еще жестче звучали тайные доносы Шлыкова в НКВД. Он называл Вавилова двуличным и недостойным доверия. Шлыков писал: он «…все больше убеждался…», что Вавилов был членом группировки Яковлева. «…Внешнее отрицательное отношение к нему…» было «…прикрытием подлинного отношения…» как к сообщнику. «…Подлости и хитрости этих людей… нет предела…», – предупредил он своих хозяев. Шлыков также указывал, что шумиха в The New York Times вокруг ареста Вавилова в конце 1936 года была провокацией, затеянной им же самим ради самозащиты. В заключение своих разоблачений он писал: «Поэтому я и обращаюсь через Вас ко всей Вашей системе – принять меры к вскрытию обстоятельств, изложенных выше»[382].
Публичные нападки на Вавилова переросли в бесконечную травлю. Комиссия Академии наук СССР по проверке работы Института генетики решила, что институт «…не только не ведет борьбу с классово-враждебными установками на биологическом фронте, но своими ошибками дает пищу для антинаучных “теорий”. …Институт отмежевался от научных работ Т. Д. Лысенко»[383].
Сталин в Кремле призвал не давать «…замыкаться в скорлупу жрецов науки…» и «…ломать старые традиции, нормы, установки…»[384]. Академия наук тоже присоединилась к критике вавиловского Института. К середине лета 1939 года Лысенко был избран полноправным членом АН СССР. Он воспользовался новым статусом, чтобы подорвать вавиловское руководство ВИР, назначая на высокие должности своих ставленников.
Выдвиженец Степан Шунденко приказом Лысенко сделался заместителем Вавилова по научной работе. Он был тайным осведомителем НКВД. Разумеется, некоторые сотрудники Института догадывались, кто был настоящим начальством Шунденко. «Что-то опасное чувствовалось в нем, в его щуплой, вертлявой фигуре, черных пронзительных и беспокойно шарящих глазах, – вспоминала одна из сотрудниц. – Он быстро сошелся с другим таким же отвратительным типом – аспирантом Григорием Шлыковым». В коллективе сочинили стишок о двух этих деятелях. Шунденко описали так: «плюгав, как мелкий бес»; про Шлыкова говорилось, что он «…мнит себя Наполеоном».
Неизвестно, знал ли Лысенко, кто из его прислужников работал на госбезопасность, но он всячески силился ослабить лидерство Вавилова – вплоть до того, что пытался настроить против Вавилова его самых убежденных единомышленников. Как-то он позвал к себе в кабинет молодого аспиранта Фатиха Бахтеева и час читал ему лекцию об ошибочных взглядах генетиков. Он пытался убедить Бахтеева отказаться от менделизма и принять неоламаркизм, но ничего не вышло. Фатих Бахтеев был ученым, а не подхалимом.
381
Обращение Шлыкова Г. Н. в сектор науки ЦК ВКП(б). 1938 г. Цит. по: Сойфер В. Н. Власть и наука. – С. 293.
382
См.: Сойфер В. Н. Указ. соч. – С. 294; Дяченко С. Подвиг: К 100-летию со дня рождения Н. И. Вавилова // Огонёк. – 1987. – № 47. – С. 10.
383
Сойфер В. Н. Указ. соч. – С. 300.
384
Сталин И. В. Речь на приеме в Кремле работников высшей школы 17 мая 1938 г. Цит. по: Сталин И. В. Cочинения. Т. 14. – М.: Писатель, 1997. – С. 250.
385
Поповский М. А. Дело академика Вавилова. – С. 118.