Франция в начале XVII века (1610–1620 гг.)
- Автор: Люблинская Александра Дмитриевна
- Год: 1959
- Язык: русский
- Год: Издательство Ленинградского университета
- Жанр: История
Электронная книга - «Франция в начале XVII века (1610–1620 гг.)». Краткое содержание книги:
В книге дана картина социально-экономических отношений и политической борьбы во Франции начала XVII в.
Париж истолковал его как увертюру к новой гражданской войне — и воспротивился. «Война была всем настолько ненавистна, а мир желанен, что и из-за тридцати Амбуазов не следовало его нарушать» — вот наиболее отчетливая формулировка охвативших всех чувств.[428] Назначение Гиза главнокомандующим вызвало особенное волнение. «Многие лица предупредили королеву, что и при дворе и в городе по этому поводу сильно роптали».[429] Многие советники парламента[430] и другие его члены явились к первому президенту с заявлением, что «Париж любой ценой хочет мира и что они требуют отправить к королю депутацию и умолять его о принятии условий (принцев,— А.Л.), каковые, как бы тяжелы и неприятны они ни были, все же более мягки и переносимы, чем гражданская война».[431]
Королева и министры поспешили опереться на этот протест, чтобы парализовать старания Гизов и привести дело к мирному концу. Они оформили его официальным путем, созвав 5 мая чрезвычайное заседание Королевского совета и пригласив на него (вопреки всем обычаям) президентов парламента и счетной палаты, купеческого старшину и других видных лиц.[432] В их присутствии был поставлен на обсуждение вопрос об Амбуазе: все высказались за отдачу его принцам. «Военные советники» королевы вынуждены были промолчать.[433] Был составлен соответствующий акт, и делегатам вручены полномочия на подписание мирного договора.[434]
Политика министров получила в критический момент весьма реальную и активную поддержку со стороны приверженцев «королевской» партии: чиновничества и городов.[435] При таком настойчивом и откровенна высказанном желании мира происки Гизов были гораздо менее опасными, чем раньше. От ловкости королевских делегатов зависела теперь большая или меньшая цена за столь необходимый мир. 13 мая была достигнута договоренность почти по всем пунктам,[436] и договор подписан 15 мая.[437]
Как и во всяком договоре того времени, большая часть его статей представляет собой дипломатическую мишуру. Прощение принцев королевой, обещания грандов отказаться навеки от всяких лиг не имеют (не имели и для современников) значения. Суть заключалась в немногих конкретных статьях договора и, что еще существеннее, в секретных пунктах.
Мир обошелся недешево; дороже, во всяком случае, чем это было запланировано в Париже. Тому было две причины. Первая заключалась в том, что общественное мнение, высказавшееся публично против войны, объективно укрепляло позиции грандов. Зная, что королева воевать не может и не будет, они были особенно настойчивы в своих требованиях. Вторым обстоятельством, поразившим делегатов особенно неприятно, было заключение между принцами особого письменного соглашения.[438] Такое положение вещей не давало делегатам возможности продолжать прежнюю политику разъединения грандов. Пришлось поступиться не только Амбуазом, но и Мезьером. Официальный текст договора гласил, что крепость в Мезьере должна быть разрушена; на деле она оставалась неприкосновенной и передавалась Неверу. Королеве сообщили об этом решении post factum.[439] Невер получил также право передачи по наследству должности губернатора Шампани. Другим грандам по секретным статьям были даны различные права и милости, а также денежные суммы,[440] не считая тех 450 тыс. ливров, которые были включены в договор на предмет оплаты военных расходов принцев. Обиженным оказался один Вандом, которому достались на этом пиршестве скромные крохи.[441]
Делегаты выторговали, правда, одну важную уступку: обещание отсрочки испанских браков было изъято из договора. В отдельном письме на имя принца[442] королева обещала отложить их до совершеннолетия короля. Хотя в письме и фигурировала столь важная для Конде фраза: «... поскольку Вы попросили об этой отсрочке...»,[443] все же приличия были соблюдены, а Испания лишена формального предлога для каких-либо обид.
428
Mathieu, ук. соч., стр. 32. — В одном из более ранних писем Паскье (март 1614 г.) можно найти слова, почти дословно совпадающие с многочисленными высказываниями Вильруа и Жанена: «Самый скверный мир более выгоден для блага (государства, — А.Л.), чем самая справедливая война…», «Вложив оружие в руки Ваших подданных, Вы не сможете по своему желанию отнять его от них…» (Nicolas Pasquiеr. Advis à la Royne-Mère., в кн. «Les oeuvres d'Estienne Pasquier», t. II. Amsterdam, 1723, pp. 1073–1074).
429
Fоntenау-Маrеuil, ук. соч., стр. 76. — Суть опасений была та же, что и у министров и у Дюплесси-Морне: боязнь, что в результате войны Гизы усилятся, как их предки в XVI в.
430
Мандат Гиза должен был быть заверен парламентом.
431
Mathieu, ук. соч., стр. 32; Zellеr, ук. соч., стр. 211.
432
Роntсhаrtrain, ук. соч., стр. 330. — У него ошибка в дате; заседание было не 30 апреля, а 5 мая (Zeller, ук. соч., стр. 211), и депутаты выехали из Парижа к принцу с полномочиями на подписание мира не 4, а 7 мая.
433
Купеческий старшина побывал перед тем в особняке Гизов и произнес там речь в зашиту мира. Д'Эпернон заявил, выйдя с заседания Совета, что «здесь ему делать больше нечего и он намерен отправиться домой, где дело всегда найдется. (Zeller, ук. соч., стр. 211–214). — Ставка Гизов и д'Эпернона на войну была бита.
434
Текст полномочий в Mercure français, t. III, pp. 425–427.
435
Нет оснований полагать, что позиция Парижа в этом вопросе могла существенно отличаться от позиций других городов.
436
Письмо Жанена к Вильруа от 14 мая 1614 г. (ГПБ. Авт. 107/1, № 33).
437
Его текст в Mercure français, t. III, pp. 428–433, и почти во всех исторических трудах XVII в.
438
Письмо Жанена к Вильруа от 16 мая 1614 г. (BN, f. fr., 15581, f. 250. Фотокопия в ГПБ. Франц. Q IV, 220).
439
Письмо Вильруа к Жанену от 17 мая 1614 г. (BN, f. fr., 3799, f. 113) и письмо Жанена к Вильруа от 20 мая 1614 г. (BN, f. fr., 3799, f. 252. Фотокопии обоих писем в ГПБ, Франц. Q IV, 220).
440
Сведения об этих пожалованиях имеются в письмах Жанена от мая 1614 г. и в письмах Конде, Невера и Бульона от июня и июля, но всегда лишь в общих выражениях, без точных обозначений (фотокопии с документов BN в ГПБ, Франц, Q IV, 220).
441
Поэтому он и попытался, несмотря на договор, продолжить в Бретани начатую им смуту. Ликвидировать ее удалось лишь летом, во время поездки короля с армией в Нант. Еще в августе Жанен писал, что не все войска Вандома покинули Бретань. Письмо Жанена к Конде от 16 августа 1614 г. (BN, f. fr., 3799, f. 137. Фотокопия в ГПБ, Франц. Q IV, 220).
442
Текст письма к Mercure français, t. III, р. 427.
443
Принц несколько раз менял редакцию письма и в последний раз — уже после церемонии подписания договора и торжественного обеда (цитированное выше письмо Жанена к Вильруа от 16 мая 1614 г., см. сноску № 228).