Чернобог (СИ)
- Автор: Gusarova
- Язык: русский
- Жанр: Любовно-фантастические романы
Электронная книга - «Чернобог (СИ)». Краткое содержание книги:
— А не факт, что они вообще приедут, — бросил Спиридонов.
— Обещали же, — вставил словечко Памятов, Михаил Тихонович, столичный специалист по дешифровке. Именно он вызвался вчера оповестить полицию о найденных телах.
— Обещать одно, а сунуться сюда — другое, — рассудил Палыч. — Наши органы стараются избегать всех разборок, связанных с эрси. Мало ли, кем там у них там был этот жмурик? Недолго нарваться на кровную месть, если что не так устроишь. Эрси живут обычаями и злы, как черти.
«И вовсе не злы», — возразила про себя Светка, вновь берясь за ложку. Она вскрыла нужное на всех количество банок тушёнки и вывалила содержимое в кастрюлю. По кухне поплыл непередаваемый аромат распечатанного на принтере мяса. Конечно, на экспедицию не выделили бы говядины или свинины. Светка слышала, что печатное мясо делают из чёрти чего, но на вкус оно было почти настоящим, и, вроде как, отвечало всем требованиям по питательной ценности.
«Надеюсь, тебя там пронесло с него, как следует», — была вторая, злорадная мысль уже в адрес умотавшего мотоциклиста.
Тут невдалеке послышалось тарахтение приближающегося дизеля, и Палыч насторожился.
— Во, Володька нарисовался, — сообщил он учёным.
— Что за Володька? — поморщился Кривоглядов.
— Так из эрсей, вчера созванивались. Приехал посмотреть наших жмуров. Он лучше всякой полиции разберётся, кто да что.
Володька оказался седеющим, сморщенным мужичком, разящим табаком и оленьим салом, с лицом, явно имеющим туземные черты. Светка подмечала в круглом контуре, косо разведённых, чёрных, как ягоды, глазах и острых скулах черты сходства с Айвазовым. На воротнике вполне себе цивильной рубашки Володьки виднелся вышитый защитный орнамент из клиньев. Инесса тоже заинтересовалась гостем, разглядывая его и так, и эдак.
Володька же (естественно, по правде, он никаким Володькой не был, только представлялся) сразу потребовал показать ему тела и без расшаркиваний отправился в исследовательский шатёр. Когда ему сказали, что второе тело исчезло, он ничуть не удивился, лишь понимающе кивнул. Зашёл, поднял брезент с тела эрси, вгляделся в изуродованное селем и тлением лицо. Остальные учёные, кроме Инессы, как могли прикрывали носы: труп за ночь оттаял и начал вонять. Володька оглядел татуировку парня, его одежду и сказал:
— Да это Славик Воронов. Злой шаман. Их люди пасут оленей в ста километрах от Мынто. Он осенью ещё пропал. А до того у нас человека сухотой извел. Их трое было шаманов. Он, Антон и Сергей. А за ними пришёл Борзой. Тогда же, октябрем, за день до оползня.
— Борзой? — взвилась Светка, вместе с тем смекая, что эрское имя Славика могло звучать, как «Челти».
— Да-а, — протянул Володька. — Охотник. Сказал, убьёт их. Потом ушёл. Я дал знать, где их искать. Оползень сошёл. Славик пропал. Хорошо, что он погиб. А Борзой выжил и отправился за другими двумя. Значит, и до них доберётся.
— То есть, тот второй…? — замешкался Кривоглядов.
— Тимур Борзой, — кивнул Володька. — Так он назвался.
Все разом покосились на Касаткину, а эрси продолжил:
— Он охотится на злых шаманов и духов. Иногда здесь. Он сам так сказал, и ушёл ловить Славика.
— Нонсенс, — с некоторой толикой наигранности протянула Лихоимцева.
— Качурка! — беззаботно хмыкнул Палыч и пожал плечами, мол, что вы хотели-то, места такие.
— А как он выглядел? — задала Светка мучивший её вопрос.
— В доспехе. В каске. Серый. С большой косой, — рассказал Володька изумлённым слушателям. — Лица не открыл. Спросил про Славика и сразу ушёл.
— А-а, — притихла Касаткина, невольно вспоминая светлые спутанные лохмы и пронзительные голубые глаза Тимура. Уже тогда в его облике Светке померещилось нечто эпическое. Сердце вдруг стало тёплым и тревожным.
«Иду искать друзей и врагов!»
Найдёт ли? Выживет? Одинокий сказочный воин.
Володька сразу вызвонил кого-то по мобильнику и затарабарил на своём. Немного зная язык эрси, Светка сумела уловить обрывки фраз: «заберите вашего», «похоронить», «им конец» и «род ворона». Очевидно, Володька разговаривал с жителем стойбища Славика, чтобы оттуда приехали за телом, и заодно предупредил о грозящей опасности. Странно, сам ведь радовался, что Борзой доберётся до шаманов. Но таковы, вестимо, были эрские обычаи.
— Завтра заберут, — по завершении разговора сообщил эрси.
— Эй! — возмутился Кривоглядов. — Ему тут у нас ещё сутки лежать? Он провоняет всё!
— Завтра, — повторил Володька. — Они на нартах приедут.
Профессор сердито замычал и закатил глаза.
— Можно его забальзамировать, развести формалин, — подала идею Инесса.
— Нельзя формалин, — категорично сверкнул чёрными глазами Володька. — Пусть лежит.
Кривоглядов сплюнул в сердцах и вылетел из шатра. Палыч накрыл Славика брезентом. Всем было ясно, что после него придется отдраивать весь шатер и выветривать смрад мертвечины. Но перечить эрси и таки засунуть тело в формалин никто не решился.
— Прошу прощения, Владимир! — устремилась за гостем Инесса со включённым на полную антропологом. — Можно с вами пообщаться?
— Нет! — коротко охладил её пыл туземец и укатил на своей колымаге прочь по ухабам.
Весь день Светка не находила себе места, хотя и забот в лагере оказалось полно. Археологи занимались подготовкой оборудования, запасали дрова, продолжали раскладываться, кое-кто, дабы не терять времени, начал вести записи. Светка вносила в дневник наблюдения за климатическими условиями на Качурке, описание почв и растительного покрова, что могло оказаться важным для состояния сохранности монументов. Касаткина последовательно описала сопку с мегалитами, а также накопала сведений об оползне и предположила, что под ним тоже может оказаться много интересного куда древнее её живой и мёртвой находки. Погода держалась сухой и ветренной, исследовательский шатёр был заблокирован трупом, и потому учёные тусовались на воздухе или сидели по палаткам. Никто не говорил вслух, но было заметно, как все ждали прибытия Айвазова. Руководителем экспедиции официально был назначен Кривоглядов, но никто не подвергал сомнению тот факт, что исследование мегалитов — почти полностью залуга Каримыча. Светка и сама ужасно хотела его увидеть. И даже не столько по научной части: просто поддержки ради. Иногда, притираясь на одной кафедре, можно и привыкнуть к человеку больше, чем нужно для написания диплома и диссера.
О них с Ильёй и так болтали невесть что. Даже несмотря на более, чем двадцатилетнюю разницу в возрасте. Людям ведь всегда хочется интриг и ворошения чужого белья. И неважно, что глубокая привязанность человека к человеку может совершенно не затрагивать романтическую сторону. Да и представить затворника Айвазова в любовной горячке могли только те молоденькие студентки, которые частенько бросали заинтересованные взгляды на его широкую спину. То есть, те, кто плохо его знал. А по сути Каримыч умел свести к состоянию пожухшей капусты любое зачинающееся в его адрес увлечение. Такой уж он был человек.
Светка разлеглась на спальнике, вытягивая гудящие ноги. Надо же: ничем путным сегодня не предполагалось заниматься, а всё равно убегалась. Она отложила дневник, сняла очки, принялась расплетать толстые русые косицы, вслушиваясь в гул гнуса за пологом.
«Тимур Борзой. Как ты сейчас?»
В груди опять поднялась тревога.
«Да что ж такое? — осадила себя Светка. — Переживай теперь за этого воришку. Мы же больше не увидимся, скорее всего».
Тут же стало тоскливо и грустно. Непонятное состояние души насторожило Касаткину. Она не считала себя влюбчивой особой, и на все предложения Айвазова обратить внимание то на одного аспиранта, то на другого, отвечала лишь шутейками. Слыханное ли дело, чтоб научник сватал аспирантку? Такие обычно наоборот ворчат, что после замужества наука приходится девкам по боку. Но Светку и впрямь никто из окружения не восхищал. Даже крутящийся который год рядом Толик. Хороший парень, но вот… Глаза у него не голубые. Светка даже не смогла вспомнить, какого цвета у Толика глаза. А у Тимура — сразу. Озёра на лице. Слава богу, что он ушёл навсегда.