«Маленький СССР» и его обитатели. Очерки социальной истории советского оккупационного сообщества в Германии 1945–1949

К жалобам жен в СВАГ относились с вниманием, выясняли обстоятельства, но, если они были в пользу мужа, «обвиняемому» скорее сочувствовали. Те, кто не успел официально развестись с «прошлыми» женами, мог отделаться выговором по партийной линии, от таких лишь требовали в срочном порядке урегулировать семейные дела, с пониманием выслушивали объяснения: жить с женой не могу, взаимоотношения «дошли до таких пределов, что мы ненавидели друг друга»636. По-настоящему суровы были к тем, кто не помогал оставленной семье, не платил алименты или вставал на путь откровенного обмана. Тем более что в декабре 1947 года Президиум Верховного Совета СССР потребовал усилить «борьбу с нарушениями законов о взыскании алиментов на содержание детей»637.

Весь 1948 год военная прокуратура СВАГ занималась выявлением злостных неплательщиков. Например, выяснилось, что капитан Е., получив исполнительный лист, просто уничтожил его. Мало того, уговорил товарища по службе сообщить жене, что умер и алименты взыскать невозможно. Вся эта история тянулась более двух лет. Наконец, с помощью военного прокурора исполнительный лист был вручен капитану. И хотя «за злостное уклонение» провинившегося следовало привлечь к уголовной ответственности, учли, что «предание суду» лишит ребенка материальной помощи, поэтому наказали предприимчивого капитана лишь пятнадцатью сутками ареста с содержанием на гауптвахте638. Не всем так везло. В мае 1948 года военная прокуратура выявила другого злостного неплательщика – майора К. Результаты проверки были направлены в военный трибунал земли Бранденбург. Наказывать не стали, на первый раз припугнули и строго предупредили: «…если в дальнейшем он допустит задолженность, будет предан суду военного трибунала». Решение было объявлено всему офицерскому составу в назидание639. Не таким уж и ненужным было по тем временам вмешательство государства в семейные дела.