Выйти из хаоса. Кризисы на Ближнем Востоке и в Средиземноморье [litres]

В период между свержением Мубарака 11 февраля 2011 года и приходом к власти Мухаммеда Мурси 30 июня 2012 года египтяне приходили на избирательные участки семь раз: для участия в трех референдумах и в двух турах парламентских и президентских выборов. Революционеры с Площади Тахрир не сыграли в них существенной роли, поскольку сумели создать лишь несколько мелких объединений, на которые пришелся ничтожный процент голосов. Старый порядок, полностью себя дискредитировавший, был не в состоянии сформировать структуру, которая могла бы стать преемницей распущенной в апреле 2011 года НДП Мубарака, и побороться за голоса на выборах в законодательные органы в конце 2011 – начале 2012 года. Партия свободы и справедливости «Братьев-мусульман» и салафитский «Хизб ан-Нур» одержали убедительную победу, получив не без помощи новой системы голосования 73 % мест в парламенте на двоих. И все же во втором туре президентских выборов, состоявшемся в июне 2012 года, креатура военных генерал Ахмед Шафик, последний премьер-министр Мубарака, набрал 48,27 % голосов против 51,73 % голосов, полученных Мурси.

Как показали Хала Баюми, Бернар Ружье и Клеман Штойер в главах, написанных ими для сборника «Революционный Египет» («L'Égypte en révolution(s)», 2015), электоральное поведение в этот период определялось двумя линиями разлома: «исламисты против сторонников светского образа жизни» и «революционеры против контрреволюционеров». В ходе выборов в законодательные органы деление на революционеров и контрреволюционеров было непринципиальным, и религиозные партии легко одолели своих светских оппонентов. Им удалось навязать свое видение восстания, обусловленное готовностью к переменам, но к переменам, происходящим под знаком укрепления мусульманской идентичности как единственного гаранта восстановления порядка и выхода из хаоса любыми средствами.