Выйти из хаоса. Кризисы на Ближнем Востоке и в Средиземноморье [litres]
- Автор: Кепель Жиль
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Литагент Политическая энциклопедия
- ISBN: 978-5-8243-2442-6
- Переводчик: А. А. Пешков
- Жанр: Политика
Электронная книга - «Выйти из хаоса. Кризисы на Ближнем Востоке и в Средиземноморье [litres]». Краткое содержание книги:
В этой книге события помещаются в исторический контекст со времен Октябрьской войны 1973 года (война Йом-Кипура или Рамадана) и предлагается первый полный исторический обзор шести главных арабских восстаний, от Туниса до Сирии.
Также представлены линии разлома и давления в миграционных процессах в Средиземноморье и на Ближнем Востоке и описаны варианты решений, которые предстоит принимать не только Эмманюэлю Макрону, Дональду Трампу или Владимиру Путину, но и народам и политическим лидерам данного региона и европейским гражданам.
В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.
Обесценивание египетских дипломов за рубежом привело также к тому, что в странах Аравийского полуострова начали все менее охотно принимать египтян на работу. Поскольку многие мигранты вернулись на родину, сократились и суммы денежных переводов из-за границы. Таким образом, залогом выживания страны по-прежнему оставались международные дотации. Садат сделал их краеугольным камнем своей политики, договорившись с США о предоставлении ежегодной финансовой помощи гражданскому и военному сектору Египта, размер которой в 2010 году достиг 1,7 млрд долларов. Такой была награда за подписание мирного договора с Израилем, вступившего в силу в 1979 году. Но дальнейшее ухудшение демографической и экономической ситуации в Египте усилило зависимость страны от МВФ (чьи требования о проведении реформ провоцировали голодные бунты), Европейского Союза и во все большей степени – от нефтяных монархий Персидского залива. Последние впоследствии использовали этот мощный политический рычаг с целью повлиять на выбор Египтом пути послереволюционного развития, о чем свидетельствовали сначала поддержка Катаром «Братьев-мусульман», а затем – помощь, оказанная армейской верхушке Саудовской Аравией и Объединенными Арабскими Эмиратами.
В столь напряженной обстановке армейская верхушка рассматривалась как хранительница того порядка, который поддерживался десятилетиями до восстания. Для главных партнеров страны это было наименьшее из зол, поскольку революционный взрыв в Египте мог привести к дестабилизации всего Ближнего Востока. Но это бесконечное использование армии в качестве палочки-выручалочки только ухудшало положение в экономической, социальной и культурной сферах и ограничивало гражданские свободы. Этот легковоспламеняемый фитиль революции запалили, судя по всему, сразу с трех сторон, представленных различными участниками волнений 2011 года, для каждого из которых представление о роли в революции обусловливалось их собственной идеологией.
По мнению левых активистов, обличавших язвы капитализма и эксплуатацию трудящихся, корни восстания следует искать в крупной забастовке, прошедшей 6 апреля 2008 года на текстильной фабрике в городе Эль-Махалла-эль-Кубра, расположенном в 150 километрах от Каира в дельте Нила. В забастовке приняли участие двадцать тысяч человек, а сама она возвестила о зарождении новой формы борьбы за улучшение условий труда: отныне информация о подобных событиях распространялась через социальные сети в мире цифровых технологий, многократно увеличивая силу их воздействия и делая их примером для подражания. Такого рода слияние реального и виртуального миров нашло воплощение в молодежном «Движении 6 апреля», созданном в поддержку бастующих. Его главные активисты впоследствии прошли обучение на Балканах в либеральных НКО, связанных с миллиардером-филантропом Джорджем Соросом, то есть тех организациях, которые ранее при помощи соцсетей уже содействовали падению многих авторитарных режимов.
Активисты «Движения 6 апреля» первыми призвали в социальных сетях выйти на демонстрацию на площади Тахрир 25 января 2011 года. Они популяризовали выражение «революция 2.0», широко подхваченное в то время средствами массовой информации в качестве определения «арабской весны». Однако египетское рабочее движение, несмотря на регулярные акции протеста, проходившие под требованиями повышения крайне низкой заработной платы или выплаты премий, являлось лишь второстепенным фактором. На долю официального частного сектора приходилось всего 10–15 % рабочих мест. Подавляющее большинство представителей беднейших слоев общества – около 70 % трудоспособного населения – было занято в теневом секторе экономики, а те, кому повезло больше, зависели от конъюнктуры туристического рынка. Впрочем, любые экономические неурядицы негативно влияли на них всех в режиме реального времени. Исчезновение иностранных туристов после 25 января и заморозка инвестиций тут же привели к снижению уровня жизни очень многих египтян, занятых ежедневной борьбой за существование. Они винили в своих бедах реалити-шоу с площади Тахрир и его негативное влияние на экономическую деятельность.