Когда Черт в твоем Омуте — Дешевка (СИ)
- Автор: Grafonorojdennuy
- Язык: русский
- Жанр: Слэш
Электронная книга - «Когда Черт в твоем Омуте — Дешевка (СИ)». Краткое содержание книги:
— Ты сам говорил, что нельзя больше прятаться за баррикадами! Ты сам говорил, что готов принять бой! — кричал мальчишка, мечась по комнате и размахивая руками. — Готов принять вызов! Ну так что же?! Что?! Теперь это уже не просто вызов — это наглая провокация! Мы должны ответить! Должны!
— Ничего я никому не должен, — отрезал Аллег, скрестив руки на груди. — Я устал, у меня болит голова, и я нажрался этого вашего расследования до горла. С меня хватит. Я говорю: «Стоп».
Чуги буркнул под столом. Высунул голову и буркнул громче. Звонко тявкнул.
— Мы почти добрались до сути. Осталось совсем немного, — вкрадчиво, низко, сверкая глазами, заявил Томми. — И именно в этот момент ты собрался сваливать. Именно в этот момент!
Тяв. Тяв, тяв?..
— Расследование почти окончено, — заявил Аллег. — Я уже не нужен.
— О не-е-ет, — протянул Томми, погрозив ему пальцем. — Ты нужен, как никогда. Неужели ты не понимаешь?..
Тяв. Тяв. Тяв!
— Все я прекрасно понимаю… — терпеливо начал Аллег — но был грубо перебит.
— Да! Само собой! Понимаешь! — взорвался Томми. — Ты прекрасно понимаешь, что остался только ты — только твоя история! И именно поэтому сваливаешь! Ты опять трусишь! Опять решил прятать голову в песок, да?! — Тяв! Тяв! — Тебя приперли к стенке! О тебе снова будут говорить! Снова страшный бука-зверь будет бередить старые раны — какой кошмар! — Тяв! Тяв! Тяв! — Ты не можешь смотреть врагу в лицо! Ты не можешь биться со страхами на равных! Ты даже просто перебороть себя не в состоянии — ты боишься, что тебе опять будет бо-бо! — Тяв! Тяв! ТЯВ! — Ты сраная тряпка! Ты ебаная баба! Ты чертов бесхарактерный трус!..
ТЯВ! ТЯВ! ТЯВ!
— ЗАТКНИСЬ! — заорал Томми на Чуги.
Аллега как обожгло, а пудель с испуганным скулежом рванул назад. Ударился головкой о стол, испугался ещё больше, заметался, замотал мордочкой и заскулил пронзительно и громко. Аллег бросился к нему.
— Лучше трус, чем безжалостное чудовище, — тихо проговорил он, укачивая дрожащего малыша на руках и не смея поднять глаза на мальчишку. — Я не могу поверить, что это ты, Томми. Я тебя не узнаю…
Пауза. Короткая. Звонкая. Такая…
— Аллег…
— Не надо. Не надо, мой мальчик. Я все понял. Не знаешь, где мои ключи?
— Ключи?
— От дома. Моего. Нашего с Феликсом. — Будь он проклят трижды.
— Аллег…
Аллег поставил пуделя на пол и ласково пригладил серые кудельки. Глянул на мальчишку — на своего мальчишку. Разве не так?.. Ведь он… Ведь они… Когда-то… Аллег тяжко вздохнул, отведя глаза.
— Ты пугаешь меня, Томми. Очень сильно пугаешь. Не знаю, связано это с расследованием или с чем-то ещё, но… Я хочу побыть один. Прошу тебя, последи за Минни. И умоляю — не трогай Чуги. Он не виноват, что его отчим трусливая безвольная тряпка, которую его папа не может больше выносить.
Он встал. Посмотрел на Томми вновь — и добавил, игнорируя остекленевший взгляд, полный растерянности и непонимания:
— Я закончу то, что начал. Закончу, а потом — сделаю перерыв. Я ужасно устал, Томми. От тебя, от Феликса — от всего этого вообще.
— Аллег…
Аллег заглянул ему в глаза. В те самые, темные, дорогие и любимые. Когда-то. Сейчас — пустые, серые, такие… знакомые. Он снова за тем столом почти год назад — но он больше не бежит от истины. Лик беса все такой же яркий и живой — и все такой же отталкивающий и жуткий…
— Ты хотел, чтобы я был смелым, чтобы был тверд и держал свое слово, как настоящий мужчина, — спокойно и твердо произнес Аллег. И добавил, собравшись с силами: — Вот мое слово, Томми — я больше не хочу тебя видеть.
Комментарий к 24 глава. Убийственная любовь, Это и калейдоскоп Мертвецов
*Советую глянуть значение этого имени, чтобы глубже понять персонажа и его смысл в истории.
**13.08.21 - дополнена.
========== 25 глава. Черт, который свел меня с ума, или «Из Ада с Любовью!» ==========
Комментарий к 25 глава. Черт, который свел меня с ума, или «Из Ада с Любовью!»
Метки на пару следующих глав: #сумасшествие, #галлюцинации, #сон-явь. Осторожно!
Следующие пару дней он провел в своем доме. В их с Феликсом. Белые стены, белые полы, ледяные воспоминания. Он так и не смог заставить себя подняться на второй этаж и в каждой тени чувствовал угрозу. Я буду являться в тенях…
Он приехал в кабинет к Джереми и Эмилю сам. Он ничего не объяснял уже давным-давно. Не стал и в этот раз — какое им может быть дело до их с Томми коллизий?
Томми. Его родной светлый мальчик. Томми… Аллегу очень хотелось верить, что все это только из-за долга. Из-за чувства справедливости. Он должен сделать так, чтобы этот парень получил по всей строгости, чтобы не отделался простой двадцаткой-тридцаткой и не вышел раньше срока за хорошее поведение. Он обязан приложить для этого все усилия. В этом главная причина того, что он все-таки явился сегодня, в этом!..
Но самого себя не обманешь. Томми… Ему все ещё было больно вспоминать. Било все — и оскорбления, и резкий голос, и тяжелый взгляд. А больнее всего — то, что во всем этом были крупицы истины. Аллег и правда боялся, и правда собирался дать заднюю. Снова. Ну такой он человек, что поделать?! И вообще, Эмиль прав — он достаточно натерпелся и имеет полное право уйти на покой.
Тогда почему ты пришел? Почему снова сел в это кресло? Почему снова держишь в руках телефон? Долг? Справедливость? Желание проявить свое мужество?
Чушь. Томми. Его наглый самоуверенный безжалостный Томми. Тот тоже сидит по ту сторону телефона. Тоже ждет его слов… Баран. Малолетний козел. Аллег соврал, если бы сказал, что не зол на него. И что не боится его. Не боится все тем же глухим безотчетным страхом. Так боятся темноты на кладбище, так боятся темного подвала в пустом доме. Так боятся воя во тьме, когда непонятно, кто кричит и на каком находится от тебя расстоянии. Первобытный ужас перед неясной угрозой.
Аллег устал. Устал не высыпаться, устал мучиться чувством вины. Устал бояться. Нормальные отношение не про это. Нормальная жизнь не про это. Томми когда-то говорил, что у него не все в порядке с головой. Аллег охотно этому верил. Он был в шаге от того, чтобы принять решение. Болезненное, но необходимое.
В телефоне, в черновике сообщений, давно уже лежал текст смс, напечатанный Аллегом ещё в первую ночь в своем доме: «Прости за то, что пришел в тот день. За то, что дал надежду, и за то, что отнимаю ее вновь. Я люблю тебя, и это любовь меня убивает. Мое сердце для тебя — открытая книга. Я отдал бы все, чтобы также было с твоим для меня. Ты изменил мою жизнь и продолжаешь менять — я никогда не стану прежним. Ты пугаешь меня. Ты вырываешь из меня по куску. Я не могу так. Я занесу тебя в черный список. Все это должно прекратиться. Прости. Я слишком нормальный и скучный для изворотливого опасного Черта вроде тебя. Я уеду из города. Присмотри за Минни. Поцелуй Чуги. И прости за малодушие. Ты знаешь — я привык спасаться бегством».
«Ты помнишь, как все начиналось? Ты помнишь, как мы встретились с тобой?
Конечно, помнишь — я не дал тебе забыть. Будет ли теперь тот столик в кафе на заправке сливаться с окровавленным ножом? Будет ли та улыбка, что я подарил тебе в то раннее утро, перекрываться моим безудержным оскалом?.. Не хотелось бы. Наша любовь — чистое чувство, и я не хочу, чтобы ее грязнили мои неаккуратные, непродуманные, неправедные поступки.
Ты помнишь, когда впервые взял меня за руку? Ты помнишь наш первый поцелуй? Я помню, твои губы были горьковатыми от пива, глаза — синими и темными, как летняя ночь. Серебро тогда ещё не тронуло твои волосы, и у подбородка кожа не отвисла. Да-да! Я помню тебя без бороды, помню твои гладкие впалые щеки. А ты? Ты помнишь, как все было «до»?..
Запах машинного масла. Серебро в прищуренных раскосых глазах. Слова. Слова обо всем, слова о чем-то. Высокий голосок. Сухая кожа. Опущенные ресницы. Слова. Слова, слова, слова… Улыбка.