Мозговой трест. 39 ведущих нейробиологов – о том, что мы знаем и чего не знаем о мозге

Наша группа ученых, в которую вошла Хелен Фишер, решила исследовать нейробиологию первой стадии сильной романтической любви с целью понять, почему люди меняют свою жизнь, чтобы быть вместе, и разрешить спор психологов об определении и происхождении любви: эмоция это или потребность?[356] Эмоция — это сильное чувство, и романтическая любовь, несомненно, соответствует этому критерию. Однако эйфория, связанная с романтической любовью, может возникать и исчезать, вытесняться другими эмоциями, такими как тревога или гнев (ревность), и поэтому было бы неверно считать любовь одной отдельной эмоцией. Потребность долговечнее эмоций; кроме того, у потребности есть цель (например, поесть или выпить воды), а страстное влечение к другому человеку делает романтическую любовь похожей на потребность: цель состоит в том, чтобы быть с ним. Нейробиологи выяснили, что за эмоции и за цели отвечают разные отделы мозга, а потому в деле классификации романтической любви полезна визуализация мозга.

Главный результат нашего первого исследования со сканированием мозга заключался в том, что на первых стадиях романтической любви у людей с высоким показателем по шкале страстной любви наблюдалась активность области ствола мозга, связанной с вознаграждением и потребностями, когда они смотрели на фотографию возлюбленного[357]. Это вентральная область покрышки, чувствительная к дофамину. Она помогает нам понять, что вода устраняет неприятное чувство жажды, а еда избавляет от неприятного чувства голода. Мы не могли бы жить без этой системы. Кроме того, активизировались другие отделы мозга, связанные с вознаграждением, например хвостатое ядро, в котором наблюдается самая высокая концентрация дофаминовых терминалей аксонов в мозге. Здесь отмечалась положительная корреляция с показателем по шкале страстной любви. Результаты исследования подтвердили, что правильнее считать первую стадию любви потребностью, а не эмоцией. Влюбившись, мы можем испытывать самые разные эмоции, от эйфории до тревоги, но суть любви — это потребность быть с другим человеком. Важно отметить, что и мы, и другие исследователи — из Нью-Йорка, Лондона и Пекина — доказали, что на первых стадиях романтической любви включается одна и та же система вознаграждения мозга, несмотря на глубокие различия в представлениях о любви и на разное отношение к ней[358].