Маг и его тень [litres, с иллюстрациями]

Ресан огляделся по сторонам и торопливо замотал головой. Оказаться в одиночестве ему хотелось еще меньше. Остальные в отряде хмурились, но желания остановиться вслух не выражали. Только Эрига выглядела безмятежной.

— Ты не боишься? — спросил у нее Арон.

— Богиня меня защитит, — уверенно ответила та.

Чем дальше они ехали, тем сильнее становился запах смерти и громче — испуганный скулеж в сознании Арона.

Через некоторое время запах ощутили остальные, а потом стал виден и его источник — становище кочевников. Судя по количеству юрт, здесь жило около двух десятков семей. Полуодетые тела лежали повсюду: мужские, женские, детские. Похоже, смерть — какое бы обличье она ни приняла — пришла ночью. Люди успели проснуться, но ни убежать, ни защитить себя не смогли.

Подходить ближе лошади отказались, пришлось спешиться. Тела казались целыми, но, когда Арон потрогал одно, в воздух взвилось облако серого праха. Арон торопливо отступил в сторону, зажимая нос и рот, чтобы не надышаться. Обернулся: наемники оглядывались по сторонам, не убирая рук с рукоятей мечей, и не отходили далеко друг от друга. Эрига, потеряв прежнюю невозмутимость, казалась растерянной и испуганной, а вот Ресан плакал. Слезы текли по лицу, но юноша, потерянно остановившись между тел, казалось, не замечал этого.

— Я же гостил здесь, у них, — произнес Ресан тихо, когда Арон, подойдя ближе, осторожно тронул его за плечо. — Я их всех помню. И вот так — в пыль…

— Ты знаешь, кто мог это сделать? — спросил Арон.

Юноша прерывисто вздохнул.

— Я не уверен. Но похоже на Черного Шамана.

— Кто это? — уточнил Арон.

Ресан снова вздохнул и рукавом вытер мокрое лицо.

— Говорят, это шаман, который не захотел умирать и переродился. Черные Шаманы высасывают жизненную силу, и от людей остается вот такое… Но я еще не слышал, чтобы Черные Шаманы убивали сразу стольких, обычно их жертвами становятся одинокие путники или малые семьи, кочующие отдельно.

— Значит, шаманов было несколько. — Арон вновь окинул взглядом мертвый поселок, пытаясь подсчитать количество тел. Не меньше сотни.

— Или один, очень сильный, — поправил его Ресан.

— Как с ним можно бороться? — спросил Арон.

— Никак. — Юноша покачал головой. — Только убежать. Черного Шамана может победить только живой шаман.

— А если магией?

— Не знаю, об этом кочевники не рассказывали.

Арон кивнул и, махнув рукой остальным, направился к лошадям. Непонятная прежде опасность начала обретать четкий облик.

— Что теперь, Тибор? — негромко спросил подошедший Кирк. Слова Ресана о Черных Шаманах слышали все.

— Идеи у кого-нибудь есть? — поинтересовался Арон, но гениальным озарением никто не поделился. — Тогда едем дальше.

Тучи на внутреннем горизонте по-прежнему чернели со всех сторон, и только на юго-востоке темнота растворялась в блеклую серость. Внутренний скулеж наконец затих. Люди подавленно молчали, кто-то шептал молитвы, кто-то не отпускал рукояти оружия. Истен и вовсе положил перед собой лук и приготовил несколько стрел.