Мобилизованное Средневековье. Том 1. Медиевализм и национальная идеология в Центрально-Восточной Европе и на Балканах

Йордан высказывает мнение, что Крапина в прошлом называлась Крупой, каковое название было зафиксировано в более ранних источниках, и именно от него появилось название замка Крапина. Далее Йордан подробно описывает Крапину, обращая внимание на наличие в пределах города трех возвышенностей. Один из этих холмов, расположенный на восточном берегу реки Крапины, со средневековым замком, восстановленным в 1610 г. — это и есть замок Крапина. Другая возвышенность, расположенная на западном берегу, с руинами старых зданий носит имя горы св. Иосифа по находящейся на ней часовне. Наконец, третий холм, также на западном берегу, лежащий к югу от горы св. Иосифа, носит название Шабац. Йордан отмечает, что на третьем холме не видно никаких руин, однако высказывает догадку, что они скрыты под землей. Описав таким образом точное местоположение этих трех холмов, Йордан дает следующий комментарий: «Непрерывная традиция (traditio perpetua) тамошних жителей говорит, что на этих трех холмах в отдельных замках сидели трое братьев, Чех, Лех и Рус, но, поссорившись между собой из-за сестры, разошлись по разным землям». Замок Псари, в котором сидел Чех, Йордан отождествляет с холмом св. Иосифа, заключая при этом, что два других холма — Крапина, где находилась резиденция Леха, и Шабац, где сидел Рус, — сохранили свои первоначальные названия.

Констатируя, что «других возвышенностей на реке Крапине, которые были бы пригодны для городища или замка, нет», Йордан сопровождает этот вывод оговоркой о наличии на дороге, связывающей Крапину с Загребом, некой деревни Псарьево, однако уточняет, что в районе деревни нет ни реки, ни холма с замком[441]. Как справедливо заметил по этому поводу хорватский историк Ф. Шишич, «непрерывная традиция жителей Крапины», связывавшая три городских холма с местопребыванием на них Чеха, Леха и Руса, очевидно, является результатом популяризации крапинского мифа в Хорватии в столетие, предшествующее появлению здесь Йордана[442]. Из труда Йордана вытекает, что точная локализация замков и в первую очередь идентификация с замком Псари горы св. Иосифа была впервые осуществлена самим Йорданом. «Народная традиция», возникшая под влиянием популяризации книжного знания, если таковая вообще существовала на тот момент, возможно, еще не отличалась в этом вопросе определенностью.