Воспоминания
- Автор: Дудаков Валерий Александрович
- Год: 2020
- Язык: русский
- Год: Пробел-2000
- ISBN: 978-5-98604-777-5
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Воспоминания». Краткое содержание книги:
Сейчас он, можно сказать, старейшина этого собирательского цеха. Четверть века проработав художником-оформителем, в том числе главным художником фирмы «Мелодия», он изменил в 70-е годы стиль оформления грампластинок.
Его давние отношения с выдающимися советскими композиторами Шостаковичем, Хачатуряном, Щедриным, музыкантами Гилельсом, Ростроповичем, дирижерами Светлановым, Рождественским позволили ему быть своим и в мире музыки.
В. А. Дудаков был в дружбе со многими художниками-нонконформистами, участвовал в их выставках в Горкоме графиков.
Искусствовед, автор пяти книг по искусству, сценарист и ведущий фильмов о художниках конца XIX – начала XX века, он также много и плодотворно пишет исследовательские статьи, участвует в поэтических сборниках. Его воспоминания – это эпоха, так недавно нами прожитая.
В формате PDF A4 сохранен издательский макет.
Не отрицая моего дарования, возможно, и редкого таланта понимать искусство, писать о нем ярко и образно, популяризировать, понимая, что волею судеб я в восьмидесятые – девяностые годы стал наиболее известным из советских коллекционеров, «патриархом» не по возрасту, сделавшим более других для частного собирательства этого времени и в стране, и за рубежом от лица нашей страны, она считала, что все это обернулось в ущерб семье и разрушило меня морально. Осознавать это было мне тяжело, я все-таки рассчитывал на поддержку, не забывал о благополучии детей, переживал «падения». Депрессии длились месяцами, начавшись с 1990 года от глубокой усталости и травмы, они преследовали меня до 2015-го, не отступили и сейчас. Всего я их насчитал за это время более двенадцати, некоторые с попыткой суицида.
В конце марта 2017 года мы уезжали в длительную, по нашим меркам, поездку в Италию, путешествовали вместе с французскими друзьями, Ларисой и Хайнцем, в основном на их автомобиле по областям Тосканы, Умбрии, Венето. За восемнадцать дней мы были в восемнадцати городах, начав с Генуи и завершив Венецией, где уже наслаждались в одиночестве. Многажды приезжая в Италию и вдвоем и с детьми, иногда по работе и один, мы обычно были в традиционно туристических знакомых городах: Милане, Риме, Венеции, Флоренции, Болонье, Падуе, Палермо, Неаполе.
Здесь же останавливались на один-два дня, а иногда два-три часа в ранее не виданных Генуе, Лукке, Пизе, Сиене, Сан-Джиминьяно, Орвието, Перудже, Ассизи, Ареццо, Равенне, Вероне – больших и малых, даже крошечных городах и местечках, где, несмотря на малость их, находились шедевры Возрождения великих и малых, но всемирно известных мастеров. Не стану выделять каких-либо из них, это будет перечислением памятников истории искусства. Жили мы весело, дружно, уставали чертовски за день, но бодро поутру встречались за легкими, но изысканными завтраками, итальянскими или европейскими, нередко с шампанским и икрой. Одно омрачило всю поездку. В Вероне, где мы были уже вдвоем, без спутников, мы должны были отметить «круглую дату» – пятьдесят лет мы были женаты. Марина провела этот день в полном расстройстве, слишком многое ей вспомнилось, что постоянно осложняло наше совместное сосуществование. День вышел печальный. Падуя и Венеция несколько развеяли, но осадок остался, хотя позднее Марина об этом не заговаривала.
Я привез из поездки не только впечатления, массу полуизвестных ранее образов, неожиданных наблюдений, но и четырнадцать стихов, которые позднее составили часть книги «От зимы к лету. Итальянские наброски». В Москве было холодно, вместе с холодным ветром глаза колола мелкая пороша, радужность настроения вскоре поблекла. Перемена климата привела и к простуде. В середине апреля стали распускаться листья, пошли стихи о весне, а тут и Пасха подоспела со службой, крестным ходом, разговением. Встречали этот праздник у Кати, и, хотя болезнь не отпускала, настроение было праздничным. Ночью выпал снег, под утро был гололед.
В этот же день позвонил Саша Лозовой и сказал, что умер Володя Петров-Гладкий. С ним и его женой мы встречались последние годы, он показывал свои старые и новые картины, которые мне не нравились, но его рассказы о Васе Ситникове, учебе у него, о Малой Грузинской были интересны. На следующий день я был уже на Ваганьковском кладбище – отмечалась годовщина смерти Володи Немухина, были поминки в скромном кафе. Как близкий друг я первым сказал о нашей с Володей дружбе, его незаменимости, прочел стих, третий ему посвященный. На глазах присутствующих были слезы.
В это время на вернисажах меня часто просили выступить – то у А. Киселева на выставке работ Степанова, то у А. Агафоновой в «Веллуме», чаще стали и выступления по телевидению, правда, показывали по «странным» каналам, и эти выступления для «неизвестно кого» я прекратил. Начались и систематические поэтические вечера – сначала в библиотеке имени А. Боголюбова, затем в галереях, филиале Литературного музея. При том что отношения с Мариной колебались, как температура больного, эти выступления меня поддерживали. Этому способствовали и отношения с товарищами: Матвеевым, Кацалапом, Лозовым, – редкие телефонные разговоры с Соней и Хайнцем. В компании со сверстниками мы старались не пропускать крупных выставок не только в Третьяковке и Пушкинском, но и в Центре толерантности, Музее импрессионизма, галереях.