Человек взломанный

УРОКИ ХАЙДЕГГЕРА

Разбирая, что не так с сегодняшними отрицателями сознания, реальности и человеческого в человеке, я не раз буду обращаться к творчеству немецкого философа Мартина Хайдеггера. Он относится к числу мыслителей, наследие которых еще ждет своего настоящего открытия. Писал он порой настолько темно, что это породило множество самых разных толкований. Но любой непредвзятый исследователь должен признать, что Хайдеггер был одним из первых, кто зазвонил в тревожный звоночек, глядя на то, в каком направлении развиваются технологии начала XX века. С немецкой обстоятельностью он посмотрел в корень проблем и ужаснулся: ему стало понятно, что техника не столько развивает человеческие способности, сколько заполняет пустоты в душе европейцев, образовавшиеся после того, как оттуда ушел сначала Бог, а потом и вообще все то, что не помещается в узких рамках наблюдаемой нами реальности. Некоторые западные мыслители вроде Фридриха Ницше приветствовали смерть Бога, другие понимали что свято место пусто не бывает и техника, заняв место Бога, приведет человечество к неслыханному закабалению без возможности спасения.

Хайдеггер она был лишен иллюзий, в которых пребывали многие мыслители — его современники, прежде всего позитивисты, с энтузиазмом принявшие, как им казалось, новые средства продления и усиления человеческих возможностей. Позитивистов первой половины XX века вполне можно сравнить с сегодняшними технооптимистами, которые как тогда, так и теперь отметают с ходу любую критику. Оптимизм по поводу того, что новые технологии принесут человечеству свободу и счастье, несколько поугас после двух мировых войн и ядерных бомбардировок Хиросимы и Нагасаки. Это не случайно совпало с кризисом позитивизма — именно тогда критические взгляды Хайдеггера на техническую цивилизацию и то, как человеку жить в ней, на что надеяться и что делать, стали распространяться среди мыслящих людей. Работы его учеников и последователей стали доступны широкой публике в основном под видом философии экзистенциализма, прежде всего французского. Такие мыслители, как Жан-Поль Сартр и Альбер Камю, чье творчество во многом основано на развитии тезисов и понятий Хайдеггера, стали властителями умов — правда, ненадолго, ибо человечеству свойственно забывать уроки истории, даже написанные кровью миллионов жертв. Критика технократических подходов со временем забылась, люди стали считать стабильное положение и рост благосостояния, достигнутый после второй мировой войны, чем-то совершенно естественным и не требующим постоянного осознания пределов возможностей такого развития. Тут подоспела и третья, а затем и четвертая промышленная революция, которые, в сочетании с дешевизной человеческого труда в развивающихся странах, сделали товары очень доступными. Капитаны индустрии, заинтересованные в сохранении выгодных для них бизнес-моделей, стали поощрять ту культуру, ту науку и ту философию, которая позволяла им концентрировать в своих руках все больше ресурсов, денег, и, в конечном итоге, власти.