Тени нашего прошлого. История семьи Милтон [litres][The Guest Book]

– Моя сестра умеет приковать к себе взгляд любого. В отличие от нее я так и не научилась этому. Она способна войти в любую комнату и покорить ее. И она, и наша мать прекрасно знают, как привлечь к себе внимание.

– А вы?

– Я? – Она посмотрела на Лена, сидевшего рядом с ней на банкетке. – В моем теле имеется трещина, прямо по центру. Вы ее видели. Линия разлома. Я некондиционный товар.

– Перестань, Джоан, – запротестовал Мосс.

– Да ладно. – Она пожала плечами. – Всем этим может заняться Эвелин. У меня не все в порядке. И никогда не будет.

– На мой взгляд, все у вас в порядке, – тихо сказал Лен.

Она не смотрела на него. Рука, лежавшая на столе рядом с его рукой, взяла арахис из вазочки и принялась играть с ним, вращая орешек в длинных пальцах.

– Но в конечном счете, – сказала она, – я хочу преподавать.

– Что именно? – К Лену наконец вернулся голос.

– Я хочу учить детей чтению.

– И что они должны читать?

– Вообще-то все, – твердо сказала она. – Диккенса. Даже Лоуренса. Остин. Я люблю Джейн Остин. Сначала думаешь, что у нее ничего не сработает, а потом понимаешь, что ошибся. Но сначала… – она рискнула посмотреть прямо на Лена, – просто книги, много-много книг.

Лен кивнул; джин и охлажденный кондиционером воздух были для него настоящим благословением, и он хотел окунуться в них, с благодарностью слушая ее голос. Вот в чем отличие таких девушек, подумал он. Жизнь разворачивается наподобие книги – первая глава, вторая, третья. Человек может ускориться или замедлиться, на происходящее можно влиять, жизнь можно планировать. Интересно, что она подумает о жизни его отца, если прочтет ее… день за днем в бакалейной лавке… каждый божий день… хлеб, соленья, салями, хлеб. Неумолимая, тяжелая поступь. Жизнь, которая идет кругами, на одном месте, по одной и той же колее.

– Я бы хотела, чтобы они читали о других людях, – говорила Джоан. – Чтобы поняли, вообразили что-то другое.

– Других людей? – Лен допил свой коктейль.

– Да, – кивнула она. – Ральф Эллисон, Сол Беллоу…

– Лен из Чикаго, – сказал Мосс.

– Ой! – воскликнула она. – Что вы думаете о «Приключениях Оги Марча»?

– Не читал, – покачал головой Лен и, увидев ее разочарование, прибавил: – У меня вообще нет времени на чтение.

– Но эту книгу вы должны были читать, она вышла много лет назад… о мальчике из Чикаго.

– Тем не менее я ее не читал.

Она умолкла, глядя на стол между ними.

– А должен был? – тихо спросил он.

– Да. – Джоан повернулась и посмотрела на него. – Я кое-что из нее узнала… о том, что значит быть евреем. Каково это.

У нее были темно-карие глаза. Они не отпускали Лена. И возможно, ощущение, что они втроем плывут в лодке, защищенной от жары и вихрей, бушевавших за порогом бара, не дало ему промолчать:

– Да? И каково же это?

Джоан вспыхнула, и Лен увидел, что она восприняла его вопрос как вызов, и колебалась, не понимая, шутит он или нет. В этом брат с сестрой были похожи – они словно застывали на невидимом пороге, ожидая, когда их пригласят пройти. Для Мосса это – проклятие, потому что так он никогда не добьется успеха, подумал Лен. А ее это делает еще более привлекательной.